Итого, мне надо было пересдать логику, математику и историю мира, которая заменила собой обществознание. История мира — что еще за зверь? Надеюсь, то же самое.
Баклан скинул ссылку на регистрацию на пересдачу. Ну что же, это мило. Университет сам примет у нас пересдачу, потому что зайти вместе со школьниками мы не успеем. Точной даты нет, ориентировочно середина июля. Осталось чуть больше месяца. Хоть я и был зол, но делать нечего — надо регистрироваться.
С другой стороны, может, это и к лучшему. Не то что экзамены отменили, а то, что я только сейчас об этом узнал. Не факт, что я бы поперся через полмира, зная про это. А сейчас поздно, я уже еду. И попробуйте меня не пустить.
Профессор Гелий вышел с очередного заседания, постукивая палкой. Он проигнорировал предложения обсудить события в неформальной обстановке, поскольку искренне не понимал, чем отличается формальная обстановка от неформальной, если в обоих случаях предлагается говорить об одном и том же. Высказываться по поводу нововведений он тоже не стал. На прошлой неделе ему исполнилось 95 лет, всю жизнь он проработал в академии, и за это время видел не одну смену курса. Ну надо учить андроидов вместе с людьми, будем учить. Отсев неизбежен в любом случае. Изменения процедуры вступительных экзаменов его только позабавило: заинтересованных абитуриентов ничто не остановит, а об остальных не стоило беспокоиться.
В последнее время его немного смущало, что он перестал различать студентов и молодых преподавателей, они все слились для него в единую бодрую массу. И сегодня, до середины заседания, куда на пять минут заскочила вестница прогресса, он был уверен, что перед ними выступила активная студентка, из тех, что всегда везде участвует, а потом растет по общественной линии. Только после того, как она ушла, и проректор прокомментировал ее выступление, профессор понял, что это была не студентка. Впрочем сути дела это не меняло.
Он прошел по коридору до конца, радуясь световым пятнам, которые в это время щедро заполняли пол и стены. Вечером, когда включали искусственное освещение, все становилось куда более ровным и скучным.
Зрение у него начало портиться всего лет десять назад, и это было обидно. Он надеялся дожить со своим зрением и слухом. Без долгих раздумий он согласился на установку управляющего кристалла, который должен был скомпенсировать потери. Однако технология оказалась несовершенной. Улучшение зрения было условным: пожалуй, только вблизи можно было отметить какие-то успехи, читал он по-прежнему без очков. Это было лучше, чем ничего, но изначально он надеялся на большее. Даже его собственная компетенция не смогла ему помочь укротить кристалл, всё, чего он добился, это сотрудничества между кристаллом и тростью, с которой теперь не расставался. Этот тандем функционировал достаточно пристойно, за исключением случаев, когда расходился во мнениях, куда следует идти хозяину. Причем это он считал себя хозяином, а они между собой невежливо именовали его юзером. Похоже, он перестарался, когда занимался перепрошивкой, дав им обоим слишком много самостоятельности. Хотя их переругивания его даже забавляли. Вот и сейчас кристалл рвался вести его по лестнице, чтобы дать старым глазам достаточно света, в то время, как трость требовала воспользоваться лифтом.
Профессор задумался. Из чувства противоречия он двинулся в дальний конец коридора, где располагалась большая терраса, чтобы посидеть там, перед тем, как вернуться к себе, в инкубатор. С некоторым удовлетворением он отметил замешательство устройств: на эту террасу он выходил редко, и сейчас они ускоренно искали в своей памяти такой маршрут и ответ на вопрос, что бы это значило. «А вот вам», — с удовольствием подумал он. Он физически чувствовал, как кристалл с тростью что-то вычисляют и советуются.
В этот час на террасе было немноголюдно. Профессор выбрал низкое деревянное кресло на самом солнечном месте и уселся в него, проигнорировав вопли трости «как мы будем отсюда вставать⁉» Где греться на солнце — он сам будет решать.
Оставшуюся часть пути я перелопачивал тактику и стратегию. Час назад меня больше всего волновало, на что я буду жить и как бы побыстрей закончить университет, лучше экстерном. Но теперь на первый план вырвались экзамены. Сначала надо сдать их. Общую программу я скачал еще на пересадке, поэтому до приземления пялился в нее, пытаясь понять, как вообще люди отвечают на эти вопросы.
Кира время от времени засовывала нос в мой планшет, но ничем помочь не могла. Если бы ей надо было поступать сейчас, ее школьные экзамены тоже бы уже не годились, но поскольку она всё закончила, ее это больше не касалось. Везет некоторым. Хотя связь была вполне пристойной, собрать информацию по экзаменам мне все равно не удалось. Так что я вздохнул и спрятал планшет, но выкинуть из головы предстоящее не получилось. Как сдавать-то эти экзамены? Я уж тыщу лет ничего не учил. А списать и тогда было нельзя, и вряд ли возможно сейчас.
