Инструкция к производству базовых элементов включала в себя контроль всего тела, а не только традиционную связку «мозг-рука», которую тренировали другие предметы. Для нормального процесса следовало последовательно пройти пять шагов: очистить личное пространство, то есть перестать думать о постороннем, это раз, поймать всем телом осязаемое чувство намерения, то есть зафиксировать задачу, это два, определить форму чувства намерения, это три.
— Понятно зачем? — остановился Красин.
— Нееет… — послышалось из аудитории.
— Потому что мы в конечном счете работаем с формой, и, если мы на этом этапе не сможем ее уловить, у нас ничего ее получится, или получится не то. Итак, шаг три, мы должны определить форму, то есть ответить самому себе на вопрос, точно ли мы поймали это чувство. Если мы его не поймали или чувствуем, что оно ускользает, мы должны вернуться к началу. Если поймали, переходим к шагу четыре — здесь надо уловить резонанс, те колебания, которые связывают центр рождения элемента с кончиками пальцев, через которые вы будете выпускать элемент в мир. И, наконец, выпустить элемент формы, соответствующую намерению, на рабочее пространство. Это пять. После чего провести визуальный контроль, то есть определить, что мы получили. Самыми сложными этапами традиционно считаются первый, второй и третий, поскольку они требуют работы с собственным сознанием, где всё темно и неясно, а четвертый и пятый этап связаны с имеющимися способностями, с которыми у всех у вас полный порядок.
Аудитория с некоторым облегчением выдохнула.
— Из ожидаемых трудностей, — продолжил Красин, — хочу отметить высокую плотность и подвижность полученных таким образом элементов. Как вы могли слышать или читать ранее, все элементы, присутствующие в библиотеке, несут в себе встроенный механизм разрушения, его потом будем учиться создавать отдельно, чтобы программы и их отдельные элементы не носились по округе, пытаясь внедриться во что ни попадя. Но в рамках вашего упражнения у вас получатся устойчивые элементы и при неверном обращении могут разбежаться по окрестностям.
Студенты захихикали.
— Ничего смешного! — строго заметил Красин. — Даже мелкий элемент может вызвать крупный сбой.
Студенты затихли, но, кажется, больше из вежливости. Красин показал несколько базовых элементных схем, кратко рассказал о том, кто и когда предложил такой алгоритм работы, и предложил перейти в помещение для практики.
В этот момент в дверь просунулась блондинистая голова:
— Извините, я опоздал!
Опять этот Риц, вздохнул про себя Красин. Никакие способности не перекрывают такого разгильдяйства. Надо было настоять на нуле баллов за собеседование. Вот что сейчас с ним делать? Инструктаж он пропустил, но при этом не было оснований не допускать его к практике, поскольку считается, что все поступившие уже обладают нужным объемом знаний для создания простых элементов. Что, конечно же, совершенно не так.
Красин все-таки скривился:
— Риц, вы опоздали!
— Извините, я поезд пропустил…
Блондин пробрался внутрь и теперь стоял по центру прохода.
— Вы же на кампусе живете?
— Ну да, но я уезжал…
— Ладно. Вы у нас, помнится, талант, поэтому просмотрите конспект у ваших товарищей, пока не начался практикум.
Риц кивнул и окинул глазами сокурсников, которые уже поднимались с мест, в поисках источника конспекта.
— На, — сунула ему планшет в руки Варвара, которую на прошлой неделе выбрали старостой. — Очень безответственно с твоей стороны. А если твои элементы окажутся самыми опасными?
Риц схватил планшет, развернулся и встроился в толпу сокурсников.
— Спасибо! Они обязательно окажутся! — улыбнулся он Варваре на ходу.
— Всё б тебе шутить, — осудила его она. — Читай давай.
Группа поднялась на третий этаж инкубатора, где им предстояло провести сегодня весь день, и загрузилась в зал, где рядом с преподавательской кафедрой была установлена труба на колесиках, слегка похожая на пушку.
— Ух ты!
— Прямо пушка.
— Пушка и есть, — прокомментировал Риц, возвращая планшет Варваре. — Спасибо тебе, я всё прочитал.
— И усвоил? — строго спросила Варвара. — Тут всё очень важно. Нам долго рассказывали.
— Я усвоил, — заверил он ее. — У тебя все очень понятно записано.
— Что за пушка-то? — ухватила Рица за рукав Хмарь. — В кого будет стрелять?
— Из основной лабы прикатили. Она развеивает разбежавшиеся элементы, чтобы они не скакали где ни попадя, — пояснил Риц. — Я видел, как работает. Очень красиво.
— А это не опасно для людей? — забеспокоилась Птиц.
— Неа, — мотнул головой Риц. — Говорят, мы с вами сможем насоздавать гораздо более опасные вещи.
— Хорошо, что вы это понимаете, — Красин вошел в аудиторию. — Занимайте места, я закрою дверь через десять минут. И если кому надо есть, пить, петь, спать, воспользуйтесь перерывом. Потом войти будет нельзя, я включу защитную сетку.
— Ой, а от кого нас будут защищать? — заволновалась аудитория.
— Это не вас будут защищать, а от вас. Привыкайте, — объяснил Красин и сел за стол.
Студенты переглянулись. В таком качестве они о себе еще не думали.
