Мы с детства окутаны сказками и чудесами,Но время приходит, мы с чудом встречаемся сами,И первое чудо, которое мы открываем,Мы первой любовью своей называем.Любить — значит, радостью мучиться,Слышать сердца восторженный крик,А жизнь без любви не получится,Так влюбись хоть на век, хоть на миг!Так влюбись же, влюбисьХоть на век, хоть на год,Хоть на день, хоть на час,Хоть на миг!Любовь твоя, может быть, где-то, а может быть рядом,И ждать её надо, искать её в юности надо,Узнать её голос в весеннем торжественном звонеИ звёзды с небес положить ей в ладони.Любовь — наша главная, вечная радость на свете,И если когда-то нам вдруг на любовь не ответят,То рушится мир, и вселенная рвётся на части,Но в этом несчастье и есть наше счастье!Любовь создают из поэзии, музыки, света,Она нашим сердцем, дыханием нашим согрета,Как Воздух, как Солнце, как Жизнь нужна она людям,Мы сами в ней были, и есть или будем!Любить — значит радостью мучиться…

Затемнение.

На просцениуме один ВЕЙС.

ВЕЙС. Ну и детишки у них! В рот палец не клади — отгрызут.

Всё им надо знать — кто да что да почему? А я, может, сам ничего не знаю. И знать не хочу. Никаких галактик, никаких чёрных дыр!

И прекрасно себя чувствую!.. Вот так женишься, пойдут дети, и что они с тобой сделают — одному Богу известно. Вот год защиты детей был, а год защиты родителей от детей сделать не догадались.

А уж пора! Впрочем, мы с Антуанеттой договорились: пока не соберём первый миллион — о детях ни звука. Ах, Антуанетта! Как-то она там без меня в одиночной камере, одна-одинёшенька? Надеюсь, что одна… Надо спросить у шефа. (Выходит на связь.) Алло, Филин? Это Рябчик. Привет, шеф!

ШЕФ(голос): Хэлло, Вейс, как жизнь?

В. Жизнь как песня. Звонкая, бесконечная и с припевом:

Ох и тяжело таскаться мне

С микрофоном по чужой стране!

Ш. Браво, Вейс! Вы уже говорите стихами.

В. А скоро завою белугой.

Ш. Вы просто устали. Как погода? Наладилась? Просыхаете?

В. Просыхаю только к утру. В климат втянулся, к влажности привык, к закуске тоже.

Ш. Как работа?

В. Перевыполняю норму на 300 процентов, выхожу в передовики. Думаю вызвать кого-нибудь на соревнование.

Ш. Куда вызвать?

В. На производственную дуэль.

Ш. Не увлекайтесь, Вейс. Никакой отсебятины! Действуйте по инструкции. Что у вас в плане?

В. Минутку (заглядывает в записи). Сейчас иду в молодёжный клуб «Синяя птичка». Кстати, о птичках… Как там моя Анюточка?

Ш. В полном порядке. Я разрешил ей прогулки на свежем воздухе.

В. Благодарю, шеф. Она скучает?

Ш. Не думаю. Скучать ей не дают.

В. Что значит — не дают? Кто не даёт? Алло, алло!.. О чёрт! Опять связь оборвалась. Нет, как вам это нравится? Ей, видите ли, не дают скучать! Кто не даёт? О, берегись, коварная! Я не Отелло, но задушу тебя ещё быстрее! Впрочем, спокойно, Вася! Приеду, допрошу её на детекторе лжи, и всё станет ясно — душить иль не душить!..

Раздается милицейский свисток. Появляется СТАРОЖИЛ с повязкой дружинника.

СТАРОЖИЛ. Руки вверх! (Вейс бежит.) Стой, стрелять буду!

Вейс останавливается, поднимает руки.

ВЕЙС(в зал). Вот он, мой конец! Меня выследили! Прощайте, шеф! Привет Анюте!

СТ.(подходит). Не бойся, это я пошутил. С войны привычка осталась.

В. Ничего себе шуточки. Тут от страха можно коньки отбросить.

СТ. Ну и трус!

В. Не боятся только идиоты.

СТ. Странный ты какой-то… Подозрительный.

В.(испуганно): Почему?

СТ. Пока ещё не знаю.

В. Да я не подозрительный. И не боюсь я вас. Стреляйте!

СТ. Успею… Лучше скажи, кого это ты тут душить собрался?

В. Никого. Это я просто репетирую Отелло.

СТ. А где твоя Дездемона?

В. К сожалению, далеко. Пока репетирую с воображаемым предметом.

СТ. Значит, и ты за классику взялся?

В. И я. А кто ещё?

СТ. Да все кому не лень! Взять хоть телевидение. На экране через день графья да маркизья развлекаются, да гусары с дамочками хрустали бьют. А современность где? Мы с вами где?

Перейти на страницу:

Похожие книги