Первые рабочие дни я как ребенок радовалась «своему» компьютеру и столу, и с готовностью выполняла редакционные задания. Просто не могла поверить, что два взрослых человека (Вадим и Аркадий Викторович) могут писать о том, чего не существует. Я искренне надеялась напасть на следы древних цивилизаций в глухом лесочке около небольшой деревни. Или пыталась разглядеть следы прибытия НЛО на очередном огороде. Вадим, стоит воздать ему должное, поначалу всюду сопровождал меня на «Ниве». Но постепенно все чаще я мчалась на другой конец города в маршрутке. Позже я поняла, что делалось это, чтобы удержать меня на месте, пока не привыкну. Дескать, обживусь на новом рабочем месте, полюблю коллектив и не смогу уйти. На самом деле, план еще работает. Уходить от регулярной зарплаты совсем не хочется, особенно теперь, когда я снимала квартиру. Хотя несуществующие «домовые» и «лешие» порядком поднадоели. Ладно, если их видят невинные старики, но бывают и сумасшедшие. Например, однажды я здорово испугалась. Приехала по нужному адресу, подошла к двери, которая распахнулась передо мной, но за которой никого не было. А потом я подпрыгнула от громкого, мрачного голоса:
— Я ждала тебя! Я знала, что ты придешь! Проходи на кухню.
В кухне, вопреки ожиданиям, меня встретила тщедушная старушка в полинялом халате. Она была такой добродушной с виду, что я засомневалась, что со мной говорила она. Но тут мне предложили чаю, и я чуть с табуретки не рухнула. Бабушка рявкнула мне в ухо:
— Я знаю, тебе покрепче.
Честно говоря, пью я очень слабый зеленый чай, но тут объяснять это не было никакого желания. Следующие полчаса мне рассказывали о пророчестве, и о страшной опасности для всего человечества. Когда я привыкла к громкости голоса, даже стала вникать в содержимое речи. Говорила она складно, будто очень давно продумала историю до мельчайших подробностей. Но когда хозяйка квартиры сказала, что я попала в эту газету, чтобы встретиться с ней, я начала чувствовать себя совсем неуютно. А когда оказалось, что в пророчестве якобы говорится обо мне, я начала продумывать план побега. Все бы ничего, но до этого, она говорила о мужчине, который спасет всех от беды…
До этого Вадим предупреждал меня, в какие места лучше не входить, но жилище старушки под описание абсолютно не подходило. Никакого мусора и оборванных обоев. Приличные соседи, чистота и порядок. Но все же, мой мозг уловил какое-то несоответствие в облике хозяйки. Маленький рост, светло-синий халат, брошка от сглаза и зачесанные гребешком седые волосы. Что же не так? Я снова скользнула по ней взглядом, и поняла в чем дело. Заметила наушник в ухе старушки. Именно наушник, не слуховой аппарат или что-то подобное. Я поняла, почему она так громко говорит. Стало откровенно страшно сознавать, что кто-то, возможно, дает ей сейчас команды. Кто-то, кто слышит нашу беседу через какой-нибудь «жучок». Спрятать его среди безделушек на подоконнике или среди посуды проще простого. Я медленно нащупала в сумке газовый баллончик, а другой рукой сдвинула стул, чтобы не сидеть спиной к коридору.
Старушка заметила мое беспокойство и стала настойчиво говорить о моем предназначении. В тот день я просто сбежала, и Вадим на меня абсолютно не сердился. С тех пор, в дома я вхожу, если он ждет меня снаружи. Встречи оказалось гораздо удобнее организовывать в людных местах или прямо в нашем офисе. Если только не приходится ехать в командировку за тридевять земель.
Вот именно из-за работы в последнее время я стала видеть странные сны. В них обычно присутствует молодой человек (привет любовным романам!), лица которого не могу разглядеть, но голос слышу отчетливо. Почти каждый раз снится одно и то же, лишь изредка меняются декорации.
Впервые я увидела этот сон в начале мая, когда на город опустилась абсолютно неожиданная жара. После обычного рабочего дня (пара домовых и НЛО), я охладилась под душем и легла спать, пытаясь поскорее уснуть, чтобы не ворочаться потом полночи из-за духоты. Часа в два я проснулась от сильной жажды. Натыкаясь на стены, побрела на кухню и потом поскорее легла обратно, чтобы не разгонять сон. Почти погрузившись в теплую дрему, услышала резкий стук за стеной. Медленно приподнявшись в кровати, прислушалась, но все снова было тихо. Я легла, уткнувшись правой щекой в подушку. Щеку неприятно и больно кольнуло…
Мы были в пути четыре часа, когда Анина Букашка начала капризничать.
— О, не-ет, — простонала я.
После стольких препятствий, устранённых на пути к поездке, она грозила завершиться на безлюдной дороге в башкирской глуши!
Поначалу все было замечательно. Мы набрали в дорогу вкусностей и от души посплетничали, обсудив более-менее значимые новости. Потом полдороги орали популярные песни под радио, а потом машинка встала. Водитель из моей подруги неплохой, а вот слесарь, прямо так скажем, не очень. Что именно произошло с автомобилем, она понимала не больше моего.
