— Не увидишь, — Марек постарался говорить убедительно. — Оно обычно не возвращается.
— Не знаю… Мне вообще часто кошмары снятся. И все про то, что я застрял в каком-то неприятном месте и понимаю, что так теперь будет всегда. И знаешь, такое… вот уже проснулся, а где-то внутри сидит — а точно проснулся? Вот как у Некроманта тогда. Но там мне ничего не снилось. А теперь с чего-то опять.
Марек мысленно взялся за голову. С ним такое было дважды — когда едва не пропал с концами в туманах и когда погиб Птаха. А тут…
— Вэл, можно я не буду вслух говорить, что я думаю про некоторое твое окружение? — не то чтобы Марек сознательно хотел повторить слова Птахи ему самому, но это вышло само собой. — А то ты вроде как несовершеннолетний…
— Я такие слова тоже знаю, — улыбнулся Вэл, все-таки перестав походить на привидение. — Но мы бы иначе не встретились, ведь так?
— Это я должен был сказать! — выпалил Марек и, видя удивленный взгляд Вэла, пояснил: — У нас с Птахой когда-то был точно такой же разговор. По другому поводу, правда, но факт. С другой стороны, у кого все хорошо, те к Внешним не уходят и всяким Гонщикам на шею не вешаются, уделываясь при этом в кровище по уши!
— Ой да, — засмеялся Вэл в ответ. — Это при том, что я вообще-то очень не люблю в чем-то пачкаться, а тут даже не заметил. Да, в этих дурацких снах еще и вечно какая-то грязь, или вода откуда-то берется, или просто свалка. И крысы.
Его явственно передернуло, взгляд опять обратился куда-то внутрь себя. Марек поспешил вмешаться:
— Крыс я и сам не люблю. Точнее, как… Обычные — те даже забавные, у одного знакомого дома жили. Они нюхают смешно и лапками все берут. А вот тех, которые двуногие, я как раз и гоняю, — он хищно оскалился.
По лицу Вэла трудно было понять, впечатлился он или нет. Он рассеянно взглянул вокруг и заметил рисунки Марека.
— Ух ты! Можно посмотреть?
— Можно все, кроме того, что нельзя, как говорит Прокси. Конечно, можно.
— Слушай, очень круто, — после некоторой паузы сказал Вэл. — Но ты как будто реально что-то из моих снов нарисовал. Только у тебя оно не страшное.
И тут Марека осенило.
— Так! — он развернулся на кресле так резко, что Вэл даже вздрогнул. — Я знаю, что мы с тобой сделаем. Может, не прямо с утра, но на днях точно. Мы возьмем и поедем вдвоем вот в этот самый Нижний город. И посмотрим на него вместе.
— Как там было… «Я позволю страху пройти через меня», так, что ли?
— Угу, вот это самое. И потом, там же буду я. Со мной тебе бояться нечего.
На задворках сознания мелькнула мысль, что обычно внезапные идеи сунуться в Нижний город не бывают случайными, но Марек отогнал ее. Даже если так — с большинством из того, что может оттуда выскочить, он в состоянии справиться. Возможно, так будет даже правильнее. А напугать Вэла, учитывая обстоятельства их встречи, ему вряд ли грозит.
— Слушай, а ведь точно, — глаза Вэла блеснули. — Если я окажусь там с тобой и увижу, что там можно пройти и вернуться… Это такое… как бы сказать…
— Перезапись, — подсказал Марек.
— Во, я не мог слово найти! Откуда ты знаешь?
— А потому что у меня самого так было. Когда я только начал водить машину, я… влез в неприятности, еле выбрался. Точнее, меня вытащил Некромант. Ох и получил я от него по морде за такие приключения, надо сказать…
— Ты? — удивился Вэл.
— Я. Во-первых, я тогда еще мелкий был, а во-вторых, меня тот же Некромант и учил, так что от него я запросто могу огрести даже сейчас. Другой вопрос, что повода нет. Так вот, я потом, натурально, боялся сесть за руль — а вдруг опять вляпаюсь. И все тот же Некромант, на пару с Птахой, меня практически пинком в машину отправили. Именно чтобы перезаписалось и больше не ассоциировалось с той историей. Как видишь, получилось.
— Да, — решительно сказал Вэл. — Я хочу поехать с тобой и… перезаписать. А то, правда, надоело уже.
«Я больше не хочу бояться», — сказал когда-то мелкий Вадик… Марек подмигнул:
— Вот ты сегодня… точнее, уже вчера спрашивал, как я стал Внешним. Знаешь… наверное, это произошло в момент, когда мне тоже надоело бояться. Так что ты на правильном пути.
— Только спать все равно не тянет, — вздохнул Вэл.
— А и ладно, — беспечно ответил Марек. — Меня, как видишь, тоже. А поскольку совершенно никого не волнует, кто во сколько встал — то и какая разница?
— Точно, — улыбнулся Вэл. — Все никак не привыкну.
— Ничего, мы тебя быстро плохому научим. Кстати, вот прямо сейчас у меня есть на тебя коварные планы. Давно, знаешь ли, с натуры не рисовал. А тут еще и натура отличная.
— Ой, — сказал Вэл. — А что от меня требуется?
— Да ровным счетом ничего. Усесться поудобнее… ну вот хоть тут, освещение как раз такое, как мне надо. И смотреть на меня большими глазами. А можно и не на меня. Полностью замирать тоже необязательно, короче, сиди как сидишь.
Марек даже не стал доставать другие маркеры — в фигуре Вэла цвета не было. Бледная кожа, темные волосы, огромные черные глаза, резкие тени, превращающие стройного подростка в изможденное полупризрачное нечто… Прямо-таки очередная готовая иллюстрация на портал. Марек не заметил, как сказал это вслух.