Вэл ушел спать, а вот Марек сна не чувствовал ни в одном глазу. Возможно, виноват был крепкий чай — Марек по обыкновению посмеивался над привычками Некроманта, но давно уже и сам их перенял. Хотя обычно спать ему это не мешало. Так что вряд ли дело в чае, пусть его и выпито было два больших чайника. А скорее в этих самых фото. Нет, спасибо, конечно, неизвестному фотографу, а особенно тому, кто обрабатывал снимок — все так затемнено и смазано, что с уверенностью можно сказать только три вещи: на платформе валяется тело подростка, на нем единообразно темная одежда, и еще у него полудлинные волосы. Мягко говоря, не уникальный расклад. Да и вообще выглядит как кадр из фильма. Мареку очень хотелось надеяться, что Вэл воспринял это так же, как и другие посетители сайта — просто «репортер» совместил фото машины и часов с кадром из какой-нибудь старой хроники или кино, невелика мудрость найти эффектно валяющийся труп. Но надо же было именно Вэлу на это наткнуться! Да что там, Мареку самому было слегка не по себе, хотя разнообразных трупов, эффектных и не очень, он навидался более чем достаточно, к тому же нередко сам был их причиной. Как и в этот раз. Да, пожалуй, дело именно в этом. Когда-то придется объяснить Вэлу, что все было именно так, как ему якобы показалось. И Марек не знал, как к этому подступиться.
Сон по-прежнему не шел. Марек плюнул и взялся за блокнот и маркеры. Точнее, за один — черный. Он, конечно, весь вечер мысленно ругал последними словами дизайнеров сайта, но все же в этой черно-серой мрачности что-то было. Он стал набрасывать пейзаж Нижнего города — силуэты небоскребов на заднем плане, облупившиеся стены, слепые окна… Хоть сейчас на иллюстрацию к одному из тех рассказов. «Зарегистрироваться и послать им, смеха ради». Марек представил, как на сайте будет висеть картинка авторства того самого Гонщика, и развеселился. Потом перевернул страницу и стал рисовать еще одну подворотню. Она оказалась весьма похожей на ту, где они с Птахой наткнулись на бывшего Пассажира Лансера. А впрочем, мало ли таких. Но Марек, еще немного подумав, добавил силуэт массивного внедорожника. Линии вышли тоньше, чем на остальном рисунке, «Тахо» получилась какой-то призрачной. «Все эти подворотни похожи…». Марек быстро взялся за новый рисунок — теперь это была старая набережная с пожухлой травой сквозь асфальт. Но после первых нескольких штрихов услышал шорох за дверью и обернулся.
— Я у тебя свет увидел, — сказал Вэл. Практически с теми же интонациями, как недавно разговаривал во сне. Но вроде как глаза открыты, и смотрел он явно на Марека.
— Спать мешаю? Вроде туда не добивает…
— Не, я не про то… Снится… всякое. Не могу…
На мгновение Марек опять запаниковал. Он-то кошмаров не видел, а если во сне и случалась какая-нибудь муть и ухитрялась остаться в памяти до утра — с чувством говорил «тьфу, приснится же такое!» и забывал. А в последнее время и это прекратилось. Да, иногда ему все еще снился Птаха, и Марек просыпался с ощущением тоскливой пустоты, но даже оно потом отпускало. Никакого сравнения с тем полубредом первых дней после его гибели. Пожалуй, к Мареку вернулась его детская уверенность, что у Внешних — во всяком случае, в его окружении — ровным счетом ничего плохого происходить не может. И уж если Вэл теперь один из них — то и у него все будет хорошо, просто потому, что иначе не бывает. А теперь оказалось, что бывает. И что с этим делать?
— Ну иди сюда, будем вместе полуночничать, — сказал Марек, потому что ничего более умного придумать не смог. Вэл подошел ближе. В резких тенях от настольной лампы выглядел он — привидение привидением, готовый персонаж на тот сайт. Хотя, надо сказать, привидение из Вэла получилось очень эстетичное. Он был не таким жилистым, как мелкий Вадик, но вполне спортивным, видно, все-таки не круглые сутки сидел за учебниками — и это опять же отличало его от того Валерки, который в седьмом классе уже прочно приобрел осанку вопросительного знака, даром что отличником не был. «Прокси в этакую натуру вцепится всеми конечностями, — усмехнулся про себя Марек. — Хотя я, пожалуй, тоже». Рука уже сама потянулась к маркеру, но Марек одернул себя — к нему вообще-то за помощью пришли! Правда, чем помочь — он по-прежнему не очень понимал.
— А что снится-то? — тихо спросил он. — Знаешь же, говорят — если рассказать, не сбудется.
— Да что не сбудется, я сам знаю. Уже не сбылось, — голос Вэла стал немного больше походить на голос живого человека. — Ну потому что я здесь и вот так к тебе пришел. Только вот обратно засыпать боюсь, чтобы опять не было… вот этого.
Марек жестом показал — не стесняйся, я слушаю. Вэл набрал полную грудь воздуха, словно собирался нырнуть. Причем в очень глубокую и холодную воду.
— Мне приснился Гонщик. В смысле не ты, а тот, из историй. И что вышло так, как я просил. И я думал, что все кончится… а я просто остался один. И вокруг что-то вроде Нижнего города, вот где Ромка погиб, только еще хуже. И я во сне понимал, что это все и это навсегда. Вот теперь боюсь, что если засну — опять это увижу.