— Спасибо, — искренне сказал Марек.
— Да чего «спасибо», — ухмыльнулся Багз, — говорю ж, ты сам вывернулся.
Внезапно он наклонился к Мареку и без тени улыбки прошептал:
— Но вообще ты сдурел — такую круговерть закручивать? Штатный придурок здесь я, пост не отдам!
Марек хотел переспросить, откуда Багз знает — ведь «развилки» со стороны не видны, виден только результат! Тогда, с Птахой, он увидел только потому, что сам был почти в таком же состоянии. И как это тогда понимать? Но Багз уже снова выпрямился и демонстративно насвистывал какой-то веселенький мотивчик.
— Слышь ты, кролик саблезубый! — вот теперь Марек точно опознал Паука. — Кончай кидаться всякой хренью и скажи нормально, можно войти или нет! Мне, знаешь ли, небезразлично состояние человека, которого я лично от местной отморози отбивал.
— Ты себе все заслуги не присваивай! — к Багзу мгновенно вернулись прежние интонации. — Я вон тоже кое-кому наподдал!
— Я и говорю, кролик ты саблезубый! Короче, войти можно?
— Да залезай, конечно! Стал бы я с тобой столько трындеть, если бы нельзя было! Все, выметаюсь.
Но, прежде чем уйти, Багз обернулся к Мареку и сказал без всяких ужимок:
— Тебе бы день-другой отлежаться, дальше смотри по себе. Я уже знаю, что ты за рулем отдыхаешь, но реально много сил потратил.
— Ага, — Марек хотел еще что-нибудь сказать, хотя и сам не очень знал, что, но Багз хитро подмигнул и ушел, а на пороге возник Паук. И едва ли не впервые за все время знакомства Марек видел на его лице искреннюю радостную улыбку.
— Ну привет, герой, — сказал он. — Очнулся наконец.
— А долго я, собственно, провалялся? — так, уже и говорить получалось куда более внятно. Это внушало надежду, что «день-другой отлежаться», может, и не понадобится — валяться бревном Марек ненавидел от всей души, уж слишком неприятные обстоятельства приводили к такому состоянию, а когда занять себя нечем — волей-неволей начинали лезть всякие ненужные мысли и воспоминания.
— Почти сутки. Когда ты встрял, дело было к вечеру, сейчас, собственно, тоже. Ну, скажу тебе, ты и устроил…
Марек поперхнулся. По счастью, вроде бы это выглядело так, будто он просто закашлялся. Во всяком случае, Паук со своей хваленой проницательностью не отреагировал. Но это как вообще понимать? Мало ему Багза было… Но Паук после некоторой паузы продолжал:
— У тебя точно какое-то особое везение — ты чуть не всех местных охотничков ухитрился на уши поднять! Мы по городу несколько раз шарились, но и близко на такой беспредел не натыкались — так, шпану пораспугали и весь разговор. Хотя я в Тюмени бывал и знаю, что места тут есть неприятные. Думал, после прошлого раза сидят тихо, ан нет, еще больше озверели. Я реально не был уверен, что у тебя хватит сил выкарабкаться после такого. Но ты правда везучий. Я рад, — он снова вполне тепло улыбнулся.
Марек перевел дыхание. Все гораздо проще, чем ему показалось. Может, и Багз про двойную «развилку» не в курсе — если уж на то пошло, Орде явно было не до того, чтобы присматриваться. Они видели, что Марека свалили, и видели, что у него получилось встать, а уж как и какой ценой — второй вопрос. Возможно, Багз, если сказал правду про свое медицинское прошлое — а с чего бы ему врать? — даже при быстром взгляде мог оценить состояние Марека и прикинуть, какие у него шансы выбраться по «развилке». Или про «круговерть» он вообще говорил в том же смысле, что и Паук — залезать в такие края в одиночестве действительно было изрядной дурью. «Как будто первый день меня знают», — усмехнулся про себя Марек. Но тут на лестнице послышался возмущенный голос Вэла: «А почему это уже все в курсе, кроме меня! Паук, пусти!». Паук с галантным жестом исчез, а Мареку стало совершенно не до смеха. Он смотрел в огромные темные глаза и безо всякой там «нечитаемости» понимал, что Вэл видел все.
Впрочем, сначала Вэл без лишних слов просто бросился Мареку на шею и долго не разжимал руки. Только когда Марек проворчал «удавишь!», Вэл сел на пол у кровати и спросил:
— Марек, это вот что вообще было?
И было опять же совершенно ясно, что отшутиться или отделаться какой-нибудь обтекаемой формулировкой не выйдет. Да Марек и сам пока был не в том состоянии, чтобы продумывать эти самые формулировки. Не дожидаясь ответа, Вэл едва уловимым движением коснулся его шеи:
— Понимаешь, Некромант меня не только драться учит. И не только машины ремонтировать. Я серьезно тогда говорил, что хочу освоить первую помощь, и он мне очень много объяснял. Поэтому я уже тогда знал, как действовать. И я прекрасно понимаю, что вот это — смертельный удар. Почему и взбесился так… я реально думал, что ты убит. Но ты жив, и только шрам остался. Это что же — все-таки Внешние бессмертны? Но как тогда…
Он осекся. «Но как тогда погиб твой Водитель?» — мысленно закончил за него Марек. Что ж, надо было отвечать.
