Будда однажды сказал полностью

Просто наблюдайте. Будьте свидетелем. И понемногу вы начнете замечать пустоты: одна мысль закончится и уйдет, но следующая не придет тотчас же вслед за ней. Между ними останется пустота. Она заполнена миром. Она заполнена любовью. Она заполнена всем тем, чего вы всегда жаждали, но никогда не могли достичь. В этой пустоте нет вашего «Я». В этой пустоте вас ничто не ограничивает, не сковывает, не загоняет в рамки. В этой пустоте вы ничем не связаны, вы свободны, вы беспредельны! В этой пустоте вы — само бытие, вокруг вас нет границ, они исчезли. Вы растворяетесь в бытии, бытие растворяется в вас. Вы сливаетесь с ним.

Если вы продолжите наблюдать, но при этом не начнете намеренно стремиться к достижению этой пустоты... потому что это ведь так естественно — стремиться к ней снова и снова, однажды прикоснувшись... Если вы начнете жаждать этой пустоты, потому что она так невыносимо прекрасна, потому что дарует такое бесконечное блаженство... Естественно начать стремиться к ней, ибо появляется желание пережить это снова и снова. Но в этом случае вы обречены на неудачу. Наблюдатель исчезнет, и пустота исчезнет вместе с ним. Возобновится непрерывное течение разума.

Поэтому прежде всего следует научиться быть отрешенным наблюдателем. Не привязывайтесь к пустоте, не стремитесь к ней, не ждите в нетерпении, когда она начнет появляться чаще. Запомните это правило, а также еще одно: когда перед вами появляется прекрасная пустота, продолжайте наблюдать, сохраняйте отрешенность — и тогда бесконечный поток разума однажды просто исчезнет, всякое движение прекратится. Останется великая пустота.

Это то, что Будда назвал нирваной, — когда разум исчезает. Я назову это самоубийством, но его совершил не разум. Разум не в состоянии сделать этого. Вы — можете это сделать. Вы можете препятствовать этому или же помочь: всё зависит от вас, но не от вашего разума. Всё, что может совершить сам разум, только усиливает его.

Следовательно, медитация — не усилие разума. Истинная медитация вообще не является усилием. Истинная медитация просто позволяет разуму идти своей дорогой. Вы ни во что не вмешиваетесь, просто наблюдаете, просто смотрите.

Разум стихает, день за днем становится всё незаметнее. Однажды он исчезает. Теперь вы — одни.

Это одиночество, эта «единственность» и есть реальность. Но она ничего не исключает, запомните это — напротив, она включает абсолютно всё. Она есть Бог. Эта неприкосновенная чистота, не потревоженная ни единой мыслью, и есть Бог.

Ошо,

Я смеюсь над твоими шутками на лекциях, я танцую во время медитации натарадж, я кричу и плачу после надабрахмы, наблюдаю за напряжением собственного тела во время кундалини, слушаю птиц, которые собираются при звуках музыки, сопровождающих медитации, — им очень это нравится. Я кормлю комаров во время гуришанкара. Во время медитаций и между ними мне кажется, что я выполняю все стадии разом. Я чувствую себя по-настоящему одержимым, совершенно безумным. Я знаю, что ты приветствуешь это,— как мне тоже полюбить это состояние?

На самом деле вы пока вовсе не «совершенно безумны»... иначе не стали бы задавать мне этот вопрос. Если бы вы были «совершенно безумны», вы бы уже любили это состояние.

Безумец — тот, кто еще сопротивляется. Совершенный безумец — тот, кто уже отказался от борьбы и принял это состояние. Вот единственное различие! Безумец — тот, что чувствует, что одержим, но борется с этим состоянием, подавляет это, сопротивляется, не позволяет себе расслабиться. Если действовать таким образом, в один прекрасный день вы и правда сойдете с ума. И такое сумасшествие не будет духовным ростом, это будет настоящее падение.

Если вы станете и дальше подавлять безумие... ведь безумны все, поскольку сам Бог безумен, и он никогда не создает никого без примеси этого безумия. Великие личности обладают соответствующей их величию долей безумия, они эксцентричны более прочих. Будда, Махавира, Кришна, Христос — эксцентричные личности. В определенном смысле правы психологи, называющие таких людей ненормальными. Они ненормальные, поскольку они выше норм. Они ненормальные, поскольку не принадлежат к среднему большинству.