Нагарджуна же дошел до Шрипарваты, обосновался там и снова принялся медитировать. Там его и нашел Салабханда, пожаловавшийся на жизнь: управлять страной трудно и хлопотно, весь извелся, не хочу быть раджой, хочу тоже сидеть тут, смотреть на своего учителя и медитировать. Отшельник приободрил его и даровал напиток, снимающий всякие страхи, в том числе и смерти. Так что раджа отправился домой, правил там еще много лет и даже изучил искусство алхимии. Страна его достигла всеобщего процветания, и даже птицы и звери в ней были счастливы. А Нагарджуна в это время, как уже было рассказано в иной истории, стал наставником другого махасиддха – Арьядевы.
Через сто лет ситуация в стране изменилась – встревоженный распространением буддизма злой дух Сунандешвара наслал всяческие беды и несчастья на народ, отвращая его от истинной веры. Солнце и Луна практически не светили сквозь тусклую дымку, дождей не было уже много дней, деревья в лесах засыхали, овощи и фрукты внезапно портились, люди болели, умирали, злились, и повсюду вспыхивали ссоры, раздоры и насилие. Салабханда решил, что это его вина, – он бросил своего учителя ради суетной мирской власти. Он оставил престол, передав его сыну Сандхикумаре, и с небольшой свитой отправился в Шрипарвату, где отыскал наставника.
А к тому как раз явился в обличье брахмана бог Брахма и потребовал отдать голову. Отшельник согласился, и Салабханда, будучи не в состоянии вынести зрелища смерти своего учителя, умер от горя. А Нагарджуна срезал себе голову стеблем травы и подал ее Брахме, а душа его отправилась в место вечного блаженства… Говорят, когда на землю спустится будда Майтрея, Нагарджуна вернется вместе с ним и будет помогать в спасении всех живых существ.
Наропа происходил из семьи виноторговцев, но родительский бизнес он оставил и занялся заготовкой дров. Однако услышав, что поблизости обитает известный гуру и махасиддх Тилопа, наш герой решил еще раз сменить сферу деятельности – податься в буддийские монахи, пуститься в странствия и начать с того, чтобы присоединиться к Тилопе.
Однако эта задача оказалась не такой уж и легкой. Никто не знал, где скрывается отшельник, а когда Наропа наконец его нашел после долгих поисков, тот был крайне недоволен, категорически отказался быть его учителем и даже несколько раз ударил надоедливого монаха. Однако решимость Наропы от этого стала только сильнее. Он собирал подаяние и два раза в день носил его Тилопе, не удостаиваясь никакой благодарности, кроме периодических тумаков. Так прошло 12 лет…
Как-то раз Наропа просил подаяния на богатой свадьбе, где ему дали чашку зеленой патасы – изысканного блюда из 84 ингредиентов. Когда он принес это своему гуру, тот, отведав яства, внезапно заговорил:
– Где ты взял такую вкусноту? Это невероятно! Принеси мне еще!
Наропа сбегал на свадьбу и принес еще зеленой патасы. Но Тилопа никак не мог наесться – его ученик в итоге четыре раза носил ему еду. В пятый раз он сильно опасался, что ему уже ничего не дадут, а прогонят взашей. Но к вечеру все гости уже устали и спали вповалку, так что монаху удалось незаметно унести целый котел изысканного кушанья.
Его наставник был вне себя от счастья, тут же дал ученику посвящение и начал обучать его дхарме. Наропа был усерден и талантлив, так что уже через полгода обрел сиддхи, сам стал известным гуру, и к нему со всех концов Индии стекались ученики.
Он же Сарахапа или Сарахапада. Он был сыном дакини и брахманом и от имени раджи управлял 50 000 крестьянских дворов. Сараха тайно обратился в буддизм и по ночам изучал тантру. А еще (и это было, мягко говоря, совсем нетипично для буддиста) он очень любил крепкие напитки. Так что остальные брахманы, недовольные распространением конкурирующего учения, в конце концов пришли к радже и нажаловались.
Раджа был доволен работой Сарахи и не хотел его выгонять, так что пришел к нему и попросил бросить пьянство. Однако тот (и это снова было очень необычно для буддиста) соврал – заявил, что совсем не пьет, и вызвался доказать это при всех брахманах. Когда они собрались, Сараха заявил: «Пусть сгорит моя рука, если я пью!» и сунул ее в котел с кипящим маслом. Рука осталась цела, но брахманы настаивали на своем обвинении. Тогда с той же клятвой обвиняемый выпил расплавленную медь, потом ходил по воде, а в итоге сел на весы, и шесть тяжелых огромных гирь на другой чаше не смогли их поколебать. Пришлось радже и брахманам признать его правоту, обратиться в буддизм (его превосходство они только что видели собственными глазами) и в награду приобрести сиддхи.
