Я знала, как приласкать себя еще с пятнадцати лет, но ничего подобного раньше не ощущала. В воздухе гудело что-то запретное, смешиваясь с мускусным запахом возбужденного мужчины. Мужчины, который вылизывал меня как тарелку со вкусным десертом.
— М-м-м… — низ живота сжался пружиной за мгновение до бурного оргазма. Меня разорвало в клочья.
Святослав поднялся, довольный. Я схватила покрывало и прикрыла голое тело. Отвела глаза, споткнувшись взглядом о вздыбленный пах.
— Одевайся, Ярина, — подал мне одежду. Всю, кроме трусиков. — Завтра после занятий заеду за тобой.
— Зачем? — села, пытаясь застегнуть бюстгальтер.
— Ну раз ты лишила меня «Сисек», то до свадьбы скрасишь мне одиночество.
— Я… Я не шлюха… — выпалила первое, что пришло в голову.
— Ты не шлюха, ты моя будущая жена. И ты будешь для меня и шлюхой, и святой, маленькая Джульетта. Святой и шлюхой. Порядок я сам буду определять.
Дома я не выходила из комнаты, прокручивая события безумного дня. Самое страшное в произошедшем, что я не могла понять своих чувств. Одна встреча тет-а-тет, и я полностью дезориентирована. Мыслями снова с ним, не только у него в лофте, а вообще. Мне понравилось… Все понравилось.
— Ярина, — ко мне постучалась горничная, — там к вам курьер.
Я спустилась вниз и увидела алую феррари, рядом Сергей, тот самый поверенный, который должен был заняться оформлением документов. В руках у него — корзина с кудрявым щенком той-пуделя.
Я всегда хотела собаку, и у нас были, но они большие и бойцовские, жили в вольере, а домой нельзя. Отец считал, что псу не место в доме.
— Привет, — погладила мягкую шерсть и достала записку, прикрепленную к ошейнику.
Глава 4
Ярина
Моя свадьба уже завтра. Поверить сложно, что три месяца пролетели как одна неделя. Сегодня у меня девичник. Дневной провела с подругами из числа одногрупниц в кафе: мы ели пирожные, пили холодные кофейные коктейли и шутили. Девчонки пошло прикалывались надо мной. Было весело, дружно, по-доброму.
Второй девичник проходил в ресторане с авторскими коктейлями и мишленовской кухней. Приглашенные — сплошь дочери компаньонов, друзей или вассалов отца. Мне дарили дорогое белье, брендовую уходовую косметику, духи и милые мелочи для дома. Разговоры ни о чем: так, общие ничего не значащие темы. Мы ведь никогда не были близки.
Сейчас я сидела в пижаме на кровати и грустила. Диана не пришла на девичник. Я подвела ее. Я не смогла отменить свадьбу. Нет, я предала сестру даже больше: не сумела противостоять Святославу, своему будущему мужу. Мне всего двадцать, а он — искушенный мужчина, который филигранно обработал меня: огранил как опытный ювелир. Даже не знаю, как умудрилась не потерять девственность до свадьбы, но сердца лишилась определенно. Одно я усвоила точно: мой будущий муж не терпел полумер ни к себе, ни к окружающим. Его можно любить или ненавидеть. И сам он такой же.
— Можно? — ко мне зашла мама. У нее в руках была какая-то красивая шкатулка. Я не видела ее раньше.
— Заходи, — слабо улыбнулась и поджала ноги под себя, оставляя ей место присесть.
— Волнуешься? — спросила, поправляя мне гладко расчесанные густые волосы.
— Очень, — ответила честно.
— Все через это проходят… Муж и жена… — смущалась, словно мы в веке эдак девятнадцатом, и я ничего не знала о близости между супругами.
— Мам, я знаю про секс.
— Но ты же, надеюсь, ни с кем? — внимательно на меня посмотрела, очевидно, разыскивала следы порочности.
— Ты думаешь, Святослав не женился, если бы девушка была не девственницей? — в нашем обществе и во времена раскованности это странно. Все же не в ауле живем.
— Это касается только тебя, — сухо ответила. — К Диане он бы не предъявлял таких требований.
Я промолчала, но на языке крутилось желание напомнить, что сестру Святослав в принципе видеть женой не хотел.
Я спрашивала у Нагорного. Моя неопытность — приятный бонус, но не необходимость. Да, дифирамбы моей непорочности и чистоте он не пел. Месяцы до свадьбы он с особым наслаждением ломал барьеры между нами, в чувственном плане. Только проникновение оставил для брачной ночи, уступая древним традициям.
— Вот, — мама любовно погладила шкатулку из красного дерева, инкрустированную камнями. — Это наше фамильное кольцо, передается по женской линии, — достала роскошный перстень. — Старшей дочери, — вздохнула обреченно. — Но поскольку ты первая выходишь замуж, я должна отдать его тебе.
Должна… Меня резануло ее замечание. Неприятно, но я выдавила улыбку.
— Не нужно, — сжала ее ладонь. — Пусть оно достанется Ди. У меня много украшений.
