Нагорный повернулся и, смерив меня холодным взглядом, убрал телефон в карман. Весь мой запал как-то резко вышел: со свистом вместе с воздухом из легких. Стоило только темным глазам обратить на меня свое пристальное внимание.
Красивый мужчина. Именно мужчина, не мальчик. Сколько ему? Тридцать или больше? Судя по сплетням, он опытен и любит женщин. Судьба его жены — ходить с очень ветвистыми рогами. Моя судьба, если…
— Здравствуй, Ярина, — он знал, кто я, хотя представлены мы не были.
— Мы вроде бы не знакомы, — немного стушевалась. Рядом с ним было некомфортно: пресловутая поговорка про курицу и яйцо в голову пришла некстати.
— Я был на твоем выступлении. Ты талантлива, Ярина.
— Вы разбираетесь в музыке? — диалог явно заходил не туда, но…
— Моей целью было оценить будущее приобретение.
Я вспыхнула и сразу вспомнила, зачем пришла.
— Вы так говорите, словно машину или недвижимость выбираете.
— Жена в той же категории.
— Я не выйду за вас, — уверенно вздернула подбородок.
— Почему?
— Не хочу!
— Есть такое слово «надо», — безжалостно объявил и схватил меня за подбородок, рассматривая как скаковую лошадь.
— Зубы показать? — начала закипать и злиться. Никто и никогда не смел со мной так обращаться. Все знали, чья я дочь. А этот Святослав Нагорный вел себя так, будто я бесправное, безмозглое, бессловесное существо.
— Ты красивая, Ярина, — вынес вердикт. — Маленькая Джульетта, — отступил от меня, давая вздохнуть, втягивая назад тяжелую мужскую энергетику.
— Почему Джульетта? — не поняла я.
Нагорный усмехнулся одними кончиками губ и чуть склонил голову набок, но не ответил. Хорошо, пора переходить к делу!
— Если вам нужна невеста, женитесь на Диане. Она почему-то симпатизирует вам.
— А ты, Ярина? Тебе я не нравлюсь? — в голосе полное превосходство. Нагорный даже не думал, что я способна на что-то большее, чем блеять и трепетать возле него.
— Для меня вы слишком старый, — выдала с самым простодушным видом. — Ну какой вы Ромео для маленькой Джульетты! — развела руками.
Густые брови одномоментно взлетели вверх, а во взгляде блеснула легкая заинтересованность.
— Готовься, Ярина. Наша свадьба через три месяца, — развернулся и ушел.
Я, ошарашенная и пораженная, не вернулась в дом, пока меня не вышла искать одна из горничных. Это не ошибка. Меня выдавали замуж в самые кратчайшие сроки.
— Ярина, вот вы где, — меня нашли, — Дмитрий Владимирович искал вас. Он ждет в кабинете.
Вот и все. Отец сейчас объявит свою волю. Видимо, у него не было другого выхода. Но ведь можно что-то сделать?! Чтобы Нагорный сам от меня отказался. Не знаю как, но можно попробовать!
В кабинете помимо папы сидела мама с заплаканной Дианой. Она обнимала старшую дочь и гладила по голове. Сестра зыркала на меня как на врага народа.
— Ярина, дочь, проходи, — отец указал на кресло. Он был в сущности еще мужчиной в самом расцвете лет: слегка за пятьдесят, темные волосы только на висках посеребрило, английский костюм прекрасно скрывал наметившийся животик. Когда папа улыбался, мог считаться очень импозантным мужчиной, но сейчас его лицо было перекошено досадой и злостью.
— Ты выходишь замуж, — заявил без подготовки, ни капли не заботясь о моих чувствах. Я молча переплела пальцы на руках и скрестила длинные ноги. — Кажется, это и для тебя не новость, — бросил едкий взгляд на маму. — Наталья, если бы ты меньше болтала, то Диана сейчас не рыдала бы!
— Дима, я…
Отец только вскинул руку, и мама сразу замолчала. Да, вот она, расплата за удачный династический брак.
— Папа, я не хочу замуж, — отвлекла огонь на себя. — Тем более за Святослава Нагорного. Я не хочу!
— Думаешь, я хочу! — вспылил отец. — Ты моя дочь, моя наследница! А я вынужден отдать тебя этой семье! — все вздрогнули, когда тяжелая рука опустилась на глянцевую крышку раритетного секретера.
— Неужели ничего нельзя сделать? — подала голос мама.
— Нагорный не желает брать твою дочь, — когда папа злился, то оттачивал едкость на семье, особенно на супруге. — А нам нужна эта сделка. Нам нужен мир с ними. Мы начали проигрывать в финансовом влиянии, нужна передышка… — тяжело вздохнул. — Этого мужчину нужно укротить. Тебе нужно, Ярина.
Диана резко поднялась и выскочила из кабинета. Мама бросилась за ней. Да, старшую дочь она любила больше, но я привыкла.
— А перемирие оплатят мной… — откинула русые волосы назад.
— Ты что, не понимаешь?! — взвился отец. — Да я бы никогда тебя не отдал. Ты должна была выйти за… — замолчал на полуслове.
— Что? — я поднялась. — Ты кого-то другого собирался мне сосватать?
— А как ты думала, Ярина? — откинулся на спинку кресла и достал из ящика сигары. — Ты не из тех, кто выходит замуж, потому что захотелось, любовь-морковь и прочая лабуда. Твои красота, молодость и статус — инвестиция. Ее нужно хорошо и правильно вложить.
Что-то такое я предполагала, но никогда не думала, что папа так грубо и жестко объявит, что я просто кусок мяса с приданым.
— Но не бойся, дочь, — он говорил это под нос, обрезая сигару, — партия не сыграна. Мы только расставили фигуры…
