— За столько встреч и свиданий вы не целовались? — он едва не выкрикнул свой вопрос и удивленно округлил глаза. — Чем ты думаешь, приятель? Ждешь, пока Тинки вновь не увлечется каким-нибудь архитектором или художником?
— Робин, я тебя прошу… Ну хоть ты не начинай!
— Такими темпами, Джон, — Локсли бросил дротик и попал точно в цель, — ты станешь для нее лучшей подружкой и будешь подбирать жениха. Сделай шаг вперед, не жди еще два года.
— Считаешь, у меня есть шанс? — Джон закусил губу, не зная, хочет ли он знать ответ или нет.
— По крайней мере, определи границы, — мужской взгляд проследил Миллс, которая зашла в кабинет Голда. Снова в его любимом красном платье, которое так удачно подчеркивало ее достоинства.
— Я постараюсь, — он неуверенно пожал плечами и крутанулся на стуле. — Как твоя командировка кстати? Как Техас?
Рабочий день снова пролетел незаметно, и также незаметно наступил четверг, в который Уилл благополучно улетел в Чикаго, Джон в Вашингтон и только Локсли проводил время в кабинете, не заслуживший удачной поездки. Миллс специально вычеркнула его и из всех крупных соревнований и заставила в пятый раз переделать отчет о командировке в Техас.
— Да какого! — отбросив ручку и устало потерев глаза, он все же решил посетить помощницу редактора и, наконец, поговорить.
У ее кабинета Робин оказался в считанные секунды и, резко распахнув дверь, заметил, что коллега дремлет на своем кресле, закутавшись в шаль. Умиление почти овладело им и заставило улыбнуться, но помотав головой, журналист вспомнил, зачем пришел и специально скрипнул дверью.
— А мисс Миллс трудится в поте лица, — оттого как женщина встрепенулась и резко распахнула глаза, Локсли громко рассмеялся и уселся на край стола.
— Что тебе? — выпрямившись, она поправила слегка растрепанные волосы и хитро прищурилась. — Отчет, наконец, доделал, журналистик? — ее ладонь опустилась на мужское колено и слегка сжала. — Как хоть статьи еще пишешь?
— В отличие от тебя я работаю, а не устраиваю себе обеденный сон, — усмехнувшись, Робин накрыл женскую руку своей и приблизил их лица. — Кстати о работе… — в нос ударил знакомый аромат духов, отчего он на миг зажмурился, — какого черта я пропускаю все крупные соревнования?
— Ты уже неделю не можешь написать о Техасе, — ехидный смех наполнил кабинет, — какие тебе крупные соревнования? Я отправила туда достойных, — Миллс цокнула языком, сильнее сжав колено журналиста.
— Ты прекрасно знаешь, что это не так…. — Локсли сам не заметил, как перешел на шепот и, едва дыша, следил за движением пухлых губ. Невольно вспомнился вкус ее сладкой помады и нежная кожа, по которой бегали мурашки. — Ты мстишь мне… Моя статья, эта ссылка в Техас, теперь чертов отчет… — стало очень жарко, что он чуть ослабил галстук. — Тебе не говорили, что нельзя путать работу и чувства?
— О каких чувствах, Локсли, ты говоришь? — она вновь рассмеялась, переместив ладонь уже на мужское бедро. — А может тебе стоит лучше работать? Давно говорю Голду, что тебя пора уволить, — женские пальцы легким движением вновь стянули галстук, а их хозяйка, довольная реакцией, закусила губу.
— Голд дорожит нашей командой, детка, а ты простая помощница, — перехватив ладошку, журналист уложил ее на свою щеку, наконец, столкнув их лбами. — Ты помощница, Миллс, а не начальница. Поверь, я в издательстве более весомая фигура, чем ты, — этот раунд он оставил за собой, заметив, как карие глаза коллеги расширились и загорелись огоньком. Женская рука также усилила захват.
— Пошел вон! — сдавшись, Реджина все же сорвалась на крик, провалив попытку забрать руку, отчего буквально зарычала. — Я делаю основную работу Голда, и я имею мнение и свое слово, слышишь? А ты пиши отчет, теперь все важные мероприятия будут идти мимо тебя! — ей все уже удалось вырваться и отойти на безопасное расстояние.
— Да прекрати мне мстить! — теперь и Робин перешел на крик, в запале рассыпав папку с бумагами. — Я единственный, кто хотел помочь, кто увидел в тебе не стерву, а женщину! Я заботился о тебе! — степлер также расположился на полу.
— Ах, ты заботился! — разведя руками, она покачала головой. — Такой заботы врагу не пожелаешь! Пудришь мозги мне, целуешься со Свон. Слушай, а спишь ты наверно с кем-то третьим, да? — с силой толкнув журналиста в плечо, Миллс рассмеялась. — Мини-гарем имени Локсли.
— Замолчи! — он впервые обрадовался, что не бьет женщин. Единственное, что он позволил себе, так это прижать коллегу к стене и шумно выдохнуть. — Я был честен с тобой, слышишь? Да история с Эммой меня не красит, но это было до! Я расстался с ней до приезда к тебе!
— Прекрати мне вешать лапшу, — прошипев, она не оставляла попыток освободиться. — А ей ты говорил также или сразу целовал, раз она в таком восторге, — острые ноготки впились в мужские ребра. — Иди к ней и будь счастлив, а меня оставь в покое.
— Какая же ты…дура, — игнорируя боль, Робин уткнулся в женскую макушку, вдохнув яблочный аромат. — Давай поговорим как взрослые люди? — его ладони нашли пристанище на тонкой талии.
