Самое приятное утро было у Тинки. Проснувшись от грома и тихого чертыханья, она сонно приоткрыла глаза, когда Джон зашел в спальню с подносом и виноватой улыбкой на лице.
— Прости, завтрак опять подгорел, — мужчина взъерошил волосы и уселся на кровать, закусив губу.
— Джон, — секретарша счастливо зажмурилась, вытянув руки вперед, — ты у меня самый милый, — поцелуй украсил щеку журналиста. — Робин не звонил?
— Тинк, — вздохнув, он глотнул кофе, — я не думаю, что Робин будет распространяться, тем более о Реджине.
— Считаешь, что они будут скрывать отношения? — женские глаза хитро прищурились.
— Насколько я мог понять Реджину, они будут в этих отношениях разбираться сто лет.
— Но… — Тинк все-таки улыбнулась, — тот мужик вчера вернулся в клуб, а наши пропали. Я, правда, хочу, чтобы у них все сложилось. Ты видел их фотографии, Джон? Они же красивая пара, — она всплеснула руками, откусив кусочек тоста. — Ммм… как вкусно.
— Подождем немного, родная, — счастливо улыбнувшись, журналист украл несколько поцелуев. — Робин мой друг и всех объяснений я дождусь от него.
— Мы сойдем с ума! — недовольно скуксившись, Тинки обняла мужчину за шею. — Но ладно, ради наших голубков потерплю, потом назначу себя их крестной.
— Люблю тебя… — Джон вдруг осекся, залпом осушив кофе, — я….
— Ты самый дорогой мне человек, — секретарша откинулась на подушки, притянув журналиста к себе. — Самый дорогой…
И только Робин Локсли этим утром проснулся совершенно один. Рядом никого не было. Сбежала — первая мысль.
========== Часть 16 ==========
Проснувшись в одиночестве, Робин оглядел комнату — никого. Сбежала — первая мысль.
Уже спускаясь по лестнице, он проклинал про себя женскую трусость, собственный сон и… Затормозив, Робин вдруг удивился, что Лаки как обычно не встречает его, радостно виляя хвостом и звонко гавкая, зазывая тем самым гулять.
— Лаки, Лаки, — если отсутствие вчерашних гостей он еще мог объяснить, то вот пропажа щенка заставила нахмуриться и оглянуться по сторонам. — Лаки!
В очередной раз, позвав любимца, журналист услышал, как хлопнула входная дверь, а неприятную тишину нарушил громкий собачий лай.
— Локсли, — держа Шерри и Лаки на руках, Миллс недовольно постучала ногой, оказавшись в гостиной, — тебе не говорили, что когда заводишь животное, то с ним нужно гулять? Я тоже хотела выспаться!
— Редж… — похлопав глазами и проверяя, что это не сон, он глуповато улыбнулся, — я…знаешь…
— Ясно, — отмахнувшись, она перевела взгляд на Шерри и Лаки, которые пытались достать друг до друга лапками и посильнее измазаться. — Ну, что, мои чумазики, идем отмываться.
Взъерошив волосы и радостно присвистнув, Робин решил отправиться следом. Уже в ванной обе собаки крутились под теплым душем, позволяя женщине смывать осеннюю грязь и даже мылить их шампунем.
— Сейчас вы у меня будете чистые и ароматные, — присев, Реджина погладила довольные мокрые мордашки и выключила воду.
— Если честно я думал, что ты просто сбежала, — облокотившись на дверной косяк, Робин подал полотенце.
— Да я наверно так бы и сделала, — признавшись, она не решилась оглянуться, а вытерла собак и позволила им убежать, легонько толкая друг друга, чтобы вырваться вперед.
— И кого мне благодарить, что ты осталась? — прищурившись, журналист сделал шаг вперед.
— Собак благодари, — усмехнувшись, Миллс стерла капли воды со лба. — Я просто…просто не знала как все будет утром… — закусив губу, она виновато опустила голову, теребя мокрое полотенце в руках.
— А утром будет так, — притянув коллегу к себе, Локсли отбросил полотенце и предпочел заменить ответ поцелуем. Почувствовав, как женщина послушно следует за движением губ и языка, он запутал руку в темных волосах, спустив ее к шее и слегка сжав.
— Я вся мокрая, — глотнув воздуха и тихо хихикнув, Реджина окольцевала мужскую шею, привстав на носочки.
— Плевать, — зарычав, он прижал ее к стене, заведя руки за спину и возобновив поцелуй. Этот поцелуй существенно отличался от того первого, изучающего в женской кухне — он был более смелым, страстным, желанным. — Черт! — журналист резко подпрыгнул на одной ноге, заметив довольную Шерри, которая сделала вид, словно секунду назад не царапала друга своей хозяйки.
— Да ты моя ревнивица, — не сдержав смешка, Миллс взяла любимицу на руки, почесав за ушком. — Ты у меня самая любимая, — поцеловав ее нос, она пригладила еще мокрую шёрстку. — Но не трогай Робина, он тебе не конкурент.
— Редж, уйми свою собаку! — он покачал головой и шутливо надулся. — Вот и сиди с Шерри, а я пойду завтрак делать…себе!
— Локсли! — Реджина успела перехватить мужское запястье и закатила глаза. — Не будь как маленький, — легкий поцелуй заставил коллегу улыбнуться. — Я сама сделаю нам завтрак, идем.
Уже вскоре запах ароматных сырников заставил журналиста не только забыть об обиде, но и обнять женщину со спины, уткнувшись носом в шею.
— Кофе готов, — его руки рисовали на ее животе незатейливые фигурки, а губы оставили несколько поцелуев.
