– Рука чья? – всё ещё терпеливо интересуется Эмрис. – Да не знаю я! По дороге нашёл, – ответил Джим, пожимая плечами. Он, гуляя, может и не то найти. И вот Джим вливает змею… в блендер. – Ты же не собираешься это пить? – протягивает Эмрис с подозрением. – Синоптики обещали тепло! Зимой! Я не согласен. Положи, пожалуйста, ту руку пальцами на восток и зажги свечи! – Ту руку? Ту? – уточняет Эмрис. – У тебя ещё есть?
========== Зимний дождь ==========
Гараж, что снаружи выглядит, чуть ли не консервной банкой, внутри обустроен так, что зайди сюда сатанист, ему бы пришлось долго лечиться у психиатра.
Чёрные стены, красный потолок и земляной пол. Диван, что стоит на бетонной поверхности, исчерченной пиктограммами, пафосно блестит кожаными подушками.
Никто не решался спрашивать у Джима, не из человеческой ли кожи они сделаны.
Везде полки, ящики, шкатулки. Книжный громоздкий шкаф со стеклянными, мутными дверцами, прикреплён цепью к углу помещения. И упаси бог открыть его и взглянуть на заспиртованных существ в банках!
Посреди гаража находится дубовый стол на низких ножках, заваленный бумагами, свитками пергамента, страницами, вырванными из книг, пятью чашками чая с заплесневелой заваркой и чем-то ещё, что пришедший недавно Эмрис – если Джим ещё раз назовёт его Мерлином, то он настучит-таки ему по голове! – не захотел рассматривать. Но всё же спросил:
– Это чья-то рука?
Джим, переставляя банки с плавающими в них органами животных, – наверняка есть и человеческие, только те спрятаны получше, а не расставлены в виде коллекции у стен! – что-то промычал в ответ.
– Она лежит на свитках, которые я тебе дал?
Эмрис, что выглядит тёмной высокой фигурой, – ну сущая смерть в балахоне! – бросается к столу, пытаясь спасти ценные бумаги.
– Нашёл, да, точно нашёл, – шепчет сам себе Джим, вертя в руках одну из стеклянных колб, и оборачивается к бывшему наставнику. Научить его Эмрис больше ничему не может: магия не та. И, как говорит тёмный маг, умнее Джим уже не станет. А ещё: «Я горжусь своим учеником» – было сказано где-то полгода назад, и поворачивать поздно, Джим больше не терпит поучений.
– По-твоему, это змея? – подходит парень к тёмной фигуре, пригибаясь, чтобы не задеть свисающие с потолка иглы, связки растений, ветки, сухие кошачьи, собачьи и каких-то ещё животных лапки, две головы черепахи… Там была даже древняя высушенная человеческая голова. Правда, зачем она ему и стоило ли отдавать за неё столько денег, да ещё украденных у отца, Джим не знал. Но всерьёз размышлял над тем, могла ли история о Франкенштейне быть правдой. И фильмы все о зомби. И вообще, как насчёт некромантии? А если всё это соединить…
– А ты не видишь?! – Эмрис ещё сохранял самообладание, но измятые чьей-то оторванной рукой свитки нещадно портили ему настроение.
– Ну, – замялся Джим, – вдруг это чья-то кишка? А ты опытнее меня, всё же.
Эмрис завис, с минуту обдумывая услышанное.
– Опытнее в чём? – спросил наставник, слегка бледнея.
Джим пожал плечами.
– Во всём, столько лет на этом свете живёшь! У тебя девушка есть? – вопросил он с неподдельным живым интересом и подступил ближе, чуть не вывернув слизкое содержимое банки на дорогое пальто друга.
Тот отшатнулся от Джима, нахмурился.
– Замри! – тут же заорал Джим и Эмрис подчинился. – Не шевелись, там это! Там это… – стал задыхаться он.
Эмрис спиной чувствовал вычерченные внизу на стене символы, и как плотнеет, темнеет позади него воздух. Ещё один шаг и магу пришлось бы долго избавляться от проклятия.
– И зачем? – спрашивает он, отходя от опасной зоны.
– Жевачкой подавился, – наконец выравнивает Джим дыхание. – Да так, – отвечает на вопрос, – хотел посмотреть, можно ли эти символы в качестве ловушки использовать и как долго они сохраняют в себе силу.
– Рука чья? – всё ещё терпеливо интересуется Эмрис.
– Да не знаю я! По дороге нашёл, – ответил Джим, пожимая плечами, и не понятно, в шутку или всерьёз. Он, гуляя, может и не то найти. Вопрос ещё, где он ходил.
И вот Джим вливает змею… в блендер. В чёрный. Исписанный. Мелом. Блендер.
– Ты же не собираешься это пить? – протягивает Эмрис с подозрением. Он понимает, что именно готовит его лучший и, к счастью, единственный ученик.
– Синоптики обещали тепло! – сосредоточенно взвешивая масла на маленьких электронных весах, заявляет Джим. – Тепло! Зимой! Я не согласен. И вообще они все лгут! Все люди лгут! А я прав. Положи, пожалуйста, ту руку пальцами на восток и зажги свечи!
– Ту руку? Ту? – уточняет Эмрис. – У тебя ещё есть? – он не двигается с места. – Джим, ты собираешься вызвать снег. Стоит ли тратить столько сил на такое, ты в своём уме? Тебе вообще нужно меньше пользоваться магией. Без надобности даже не думать о ней! Иначе расплата придёт незамедлительно.
– Снег. В крайнем случае, дождь. Но я не буду мучиться от тепла зимой. Вот в России хорошо, там сейчас сугробы, снегопады… или лужи! Я хочу туда! И я бы сошёл там за своего, как думаешь?
Эмрис уходит, мрачно и молчаливо. За ним захлопывается дверь. Ветерок, пробившийся в гараж, заставляет пламя свечей опасливо сжаться и подпрыгнуть.
