«А ведь прав по-своему» – отметил про себя старший офицер и молча отвёл взгляд на проплывающие слева дома. Во многих из них заметна была суета встревоженных жителей. Стук по трубам усилился. В отсветах многочисленных костров плясали причудливые тени. Набрав скорость, колонна пересекла центр села и проследовала к противоположной его окраине. У второй группы запланированных к отработке адресов военных уже ждали. В распахнутых воротах дворов толпились женщины. Здесь предстояло проверить три кучно расположенных домовладения: два соседских и одно чуть в стороне, по другую сторону улицы. В них, как и в предыдущих, проживала часть бандитов, устроивших на днях засаду на федералов. Точнее сказать – проживала совсем недавно. С первого взгляда прибывшим стало понятно, что и без того небольшие шансы на задержание в данных адресах разыскиваемых отморозков, сократились до минимума. И всё же дома требовали проверки. Спецназовцы спрыгнули на землю и вбежали в распределённые по группам дворы. Эти адреса Илье уже были знакомы. Проследовав за бойцами, он занял позицию у ведущего в соседний двор проёма двери. Чуть в стороне по всему периметру двора рассредоточились бойцы прикрывающей группы. Желания входить в жилые помещения у «Дракона» не было. Расположение комнат он прекрасно помнил и так, к тому же на задержание в них какого-нибудь «чеха» в сложившейся ситуации рассчитывать не приходилось. Он услышал, как проходившая мимо хозяйка с издёвкой громко пригласила всех на чай. В соседнем дворе собиралась толпа, но перебираться к зачищаемому военными дому пока никто не торопился. «Дракон» поправил намокшую под дождём маску. Выставив вперёд ствол автомата, он сосредоточил внимание на перекрываемом чеченцами проходе в противоположной стене соседнего двора. Впрочем, сам забор, как и значительная часть пространства перед ним, из-за темноты просматривались плохо. Наконец из дома стали выходить штурмовые группы и за ними по частям начали сниматься со своих мест бойцы прикрытия.
– Уходим? – спросил Илья пробегавшего мимо бойца.
Получив утвердительный ответ, он вслед за спецназовцем, занимавшим позицию справа, стал отходить к выходу. Илья оглянувшись в последний раз и увидел вбежавшую через только что перекрываемый им проход чеченку лет пятидесяти. В правой руке она держала увесистую палку. Потрясая ею, она вдруг с криком замахнулась на покидавших двор последними двух спецназовцев. «Концерт решила устроить вдогонку» – усмехнулся особист. Но отработанный на милиционерах и солдатах-срочниках сценарий не прошёл. Вместо покорного равнодушия к оскорблениям и ударам, военный в маске вдруг развернулся навстречу и, спокойно приобняв расхорохорившуюся «героиню», склонившись к самому её уху, прошептал несколько фраз. Старушка отбросила палку и мигом, со скоростью заправского спринтера понеслась обратно.
Команда на сбор была общей для всех четырёх групп. Погрузившись на рокочущие «крокодилы», спецназовцы возобновили движение. Колонна проехала ещё один круг по селу и через пятнадцать минут возвратилась на базу. Смысла в дальнейшей работе в эту ночь не было: бандиты и их многочисленные родственники, составляющие большинство жителей этого вахаббитского гнезда, в ожидании еженощных зачисток выработали свою тактику. Днём оставшиеся здесь боевики отсыпались в предоставленных им селянами схронах своих домов, а ночью в полной готовности ждали, прислушиваясь к приближавшемуся или удаляющемуся перестуку о проходящие через все домовладения трубы газопровода. При подаче сигнала о появлении на их улице колонны русских, почти всё мужское население домов перебегало в другую часть села, а в зачищаемые адреса спешили родственники и соседи, так же не спавшие и готовые помешать задержанию своих земляков. Военные понимали, что с каждыми прошедшими сутками возможность захвата известных им боевиков в этом изрядно нашороханом селе становится всё призрачней. И всё же приходилось продолжать до поступления очередного приказа. Положительным результатом в большинстве своём бесполезной суете последних суток, было запоздалое понимание как отъявленными ублюдками, так и поддерживающим их «мирным» населением, что продолжать убийств русских солдат на территории и в окрестностях населённого пункта – занятие весьма накладное. На безнаказанность акций в отношении федералов больше никто не надеялся. Кто-то потерял своего близкого или дальнего бандитствующего родственника, кому-то на несколько суток пришлось сменить мягкую перину уютной кровати на сырой цемент наскоро организованного фильтра, а кто-то просто не мог спать в ночное время из-за страха перед возмездием за свои грехи. Все они в течение недели вдруг поняли, что даже убийства из-за угла – дело подчас не выгодное и грозящее ответными действиями со стороны таких беззащитных до сих пор военных.
