Прозвучала команда, завелись двигатели и через пять минут четыре облепленных бойцами бэтээра подъезжали к окраине населённого пункта. Село традиционно встретило полыхающим пламенем костров и частым стуком металла о газовые трубы. Проехав минут десять по обманным маршрутам, спецназовцы неожиданно свернули на нужную им улицу. У двух соседних домов колонна внезапно остановилась, с бортов посыпались бойцы. Перемахнув через забор, передовые группы открыли ворота и в образовавшийся проём хлынуло два потока одетых в «горки» людей. Передовой и задний бэтээры застыли в некотором отдалении, направив стволы на темнеющие вдоль улицы дома. Сидевшие минуту назад на них солдаты уже заняли позиции по противоположным сторонам улицы в готовности подавить огонь противника, при открытии его с любого направления. Илья осмотрелся и отметил ориентировочное расположение обоих объектов. Подойдя к ожидавшему у головного бэтээра «Лесовику», он указал на контуры вырисовывающегося из темноты дома.
– Там в фундаменте амбразура сооружена над самой землёй. Сейчас она не видна, конечно. Сутки назад фэшники оттуда одну сволочь вытащили, но гарантий отсутствия второй я не дал бы.
«Лесовик» громыхнул кулаком по броне. Открылся башенный люк и показалась голова наводчика.
– Пулемёт разверни вон на тот дом – дал команду ему «Лесовик».
Башня стала плавно вращаться вправо, уводя ствол пулемёта на заданное направление предполагаемой стрельбы. Постояв минуту, «Дракон» вошёл во двор одного из зачищаемых домов. Из помещений уже выволакивали двоих чеченцев с надвинутыми до подбородков спортивными шапками на головах. Рядом, не отваживаясь помешать чем-либо, верещали три женщины. Быстрыми шагами задержанных провели к бэтээру и втолкнули в откинутый боковой люк. «Уходим» – подал команду командир и штурмовики поспешили оставить занимаемые в жилых комнатах и пристройках двора позиции. Не прошло и минуты, как задействованные в зачистке группы заняли свои места на бэтээрах. Последними снялись группы прикрытия. Заурчали моторы и колонна тронулась с места, но вдруг на связь вышел «Сокол», который доложил об отсутствии «Аспиранта». Услышав доклад, «Вепрь» сразу же остановил успевшие отъехать метров на двадцать машины. Он по очереди запросил «Смелого» и «Верного», но тут же выяснилось, что на других машинах фээсбэшника тоже не было.
Стараясь не менять интонаций в голосе, командир подал общую команду:
– Всем назад, к адресам.
Пётр покидал адрес последним. Засовывая паспорта задержанных в карман разгрузки, краем глаза успел заметить вбежавшего во двор со стороны соседей паренька лет семнадцати. Остановившись у самого выхода, он развернулся к замеревшему на месте чеченцу. Подозвав его поближе, спросил:
– Кто такой?
– Сосед я. Услышал крики, заглянул посмотреть, что происходит.
– Не трогайте его, это соседский сын, он ни в чём не виноват! – услышал фээсбэшник торопящихся к ним хозяек зачищенного только что дома. Подняв «соседскому» парню руки, Пётр развернул его к себе спиной. Беглым осмотром никакого оружия под одеждой он не обнаружил.
– Документы с собой?
Чеченец, повернувшись, протянул паспорт. Шум заведённых двигателей за забором вдруг стал удаляться и, подскочив к выходу, «Аспирант» выглянул наружу. Колонна в полном составе отъезжала от только что отработанных адресов. «Какой на хрен паспорт! – настойчиво подсказал внутренний голос – уноси ноги, пока тебя толпа «мирных» здесь не зажала! Стрелять ты не будешь, так что возьмут тебя тёпленького, в самой что ни на есть торжественной обстановке…». Во двор уже вбегали живущие по соседству родственники выхваченных бандитов, за ними топотали ещё несколько человек. С каждой секундой толпа разрасталась. Стараясь не показывать волнения, опер сделал вид, что всматривается в темноте в развёрнутый паспорт. Через секунду он протянул его стоявшему перед ним владельцу и, сняв с плеча автомат, скорыми шагами вышел на улицу. После пяти шагов Пётр перешёл на лёгкую рысь. Долго бежать не пришлось: на его глазах удаляющаяся колонна остановилась и вскоре, взобравшийся на борт замыкающего бэтээра «Аспирант» облегчённо выдыхал воздух из подступивших к самому горлу лёгких.
– «Вепрь», я «Верный», «Аспирант» у меня. Как понял, приём!» – прозвучало в эфире и колонна продолжила движение по запланированному маршруту.
Особист расположился рядом с командиром следовавшего за головным бэтээраа. С другого борта, у открытого люка возвышалась фигура «Лесовика». Тот, нагнувшись к люку, прокричал, стараясь пробиться к закрытым шлемофоном ушам солдата:
– Интервал сократи, чего отстал!
– Интервал нормальный, определён мной – подал голос командир группы.
– Что тут нормального? Газу давай! – повторил команду заместитель командира отряда.
– Товарищ полковник, здесь командую я, не мешайте мне руководить группой! – настоял на своём «Смелый».
