– Вовсе не обязательно! – повторил оброненную только что фразу Алексей.
Повисла минутная тишина. Все присутствующие недоумённо повернулись к артиллеристу.
– Поясните, товарищ капитан. – наконец раздражённо выдавил командир батальона, придвигаясь ближе к Тропинину.
Против его ожидания, никакого запаха спиртного от этого досадного «подарка» не доносилось. «Странно, уже час как приехал, а ещё не пьян» – с удивлением подумал он.
Для себя Балакирев решил избавиться от никчёмного алкоголика при первой же возможности. «Пусть у отцов – командиров голова болит, кем менять это „сокровище“, а здесь ему под ногами путаться нечего» – заметил он в разговоре с зампотехом, когда доложивший о своём прибытии Тропинин отправлялся в расположение батареи, в которую на период командировки он был назначен командиром. Теперь, глядя в глаза миномётчика, он с интересом ожидал предлагаемое им решение.
– Поясняю. – докладывал капитан. – В сложившейся ситуации предлагаю использовать огневую мощь батареи. Необходимо на предполагаемом пути выдвижения бандгрупп оставить корректировщика. При соблюдении маскировки и скрытности передвижения, огонь для чеченцев будет неожиданным, к тому же вычислить корректирующего огонь со скрытого наблюдательного пункта артиллерийского разведчика будет нелегко, что уменьшает потери с нашей стороны.
– Ну и кто пойдёт этим корректировщиком? – насмешливо спросил зампотех – И как можно огонь миномётов ночью корректировать! Это при вашем-то разбросе мин… На свою же голову и вызовешь.
– Корректировать я пойду. – словно не замечая насмешки в вопросе, спокойным голосом ответил Тропинин. – А что до ночного времени суток, то в Советской Армии с этим проблем не было. Как и с разбросом снарядов и мин.
– А кто на батарее останется? – продолжил вопросы командир батальона – Ты ведь один там из офицеров!
– Старший сержант Васильев. Он парень толковый, всё необходимое знает. А остальные особенности предстоящей стрельбы я ему объясню.
Капитан выдержал паузу и вновь продолжил, вдруг сбившись на торопливую речь:
– Не подведёт Васильев. Я его по постоянной базе нашей хорошо знаю. Смышленый он парень…
Было видно, что предложение Тропинина майора заинтересовало. Поразмыслив минуту, он ещё раз внимательно окинул взглядом артиллериста:
– Вы что, сами решили идти, без всякого прикрытия?
– Ну не один конечно. Без батарейного разведчика с буссолью и связиста мне не обойтись. Пулемётчика дайте мне только, чтоб тыл наш подстраховывал.
– Хорошо. – принял окончательное решение Балакирев. – На первом предполагаемом маршруте движения «чехов» поставим мины. Придётся сейчас покататься, да побродить в той стороне и в двух других местах для отвода глаз. Мины ставим скрытно, определив координаты их закладки. При их сработке, а услышать ночью мы их должны, батарея немедленно открывает в этот район огонь. По второму маршруту выдвижения в засаде ожидает капитан Тропинин с определёнными им силами… Каким образом выдвигаться решили? – снова обратился майор к капитану.
– Первую часть пути вы подкинете проездом. Вторую – ползком. – услышал он уверенный ответ миномётчика.
Балакирев уточнил последние детали и отпустил офицеров. «Кто знает, может и вправду толк выйдет», – подумал он, положив конец гнетущим его сомнениям.
Нельзя было сказать, что Тропинин покидал командирский блиндаж с полной уверенностью в успехе. Во-первых, предстояло ещё многое втолковать батарейному вычислителю Васильеву. Во-вторых, как таковых учений в их полку, да пожалуй, что и во всей Российской Армии на протяжении последних лет проводилось мало. Наивысшим достижением в профессиональной деятельности старшего офицера батареи, впрочем, как и вычислителя – сержанта, была таблица Кравченко, которой ещё в Отечественную пользовались для расчёта первоначальных установок для открытия огня по цели. Ведение огня на поражение без пристрелки могло быть эффективным, но при условии точности определения координат. Как своих, так и противника, причём максимум – до нескольких метров. И если в определении координат огневой позиции особых проблем не было, то о работе артиллерийских разведчиков на наблюдательном пункте представление мало кто имел.
