Придя немного в себя и приведя в порядок дыхание, отклеился от этого стенда. Подумав, направился прямиком по известной дороге в Приёмную комиссию. Сегодня ему повезло, вступительная горячка сходила на нет, и преподаватель по литературе в ответ на его апелляционное заявление, согласилась принять его на разбор результата почти сразу, через полчаса. А он всё больше грустнел, высчитывая свои шансы при 12 баллах, и находил их крайне маловероятными – такой ВУЗ, такая популярная специальность, наверняка назначат проходным балл не менее 13ти. Правда, бывает ещё и полупроходной балл, как рассказывали, тут тоже ещё остается шанс. Но нельзя, в любом случае, упускать ни одной возможности, и, несмотря ни на что, на апелляцию он идёт, ибо уверен своей работе!
В этот раз комиссии почему-то не было. Принявшая его преподавательница, пожилая женщина с золотистыми пышными волосами, слегка брезгливым тоном развернула перед ним двойной листок.
– Ваша работа?
Юра присмотрелся внимательно. Работа, безусловно, его, только, вглядевшись более пристально, он обнаружил странную вещь – листок был довольно густо испещрён красной ручкой на полях – так отмечались грамматические ошибки. А сами ошибки представляли из себя какие-то новые, чуждые его тексту запятые и тире, отсутствовавшие в оригинале. Более того, по ним было отчётливо видно, что они сделаны вообще другой ручкой и рукой – нажим плотнее, чернила другого оттенка!
Он сглотнул тяжёлый комок, внезапно загрустив. Становилось понятным дальнейшее, неумолимое и необратимое течение событий: сейчас ему на них вполне справедливо укажут, предъявят законные «более 2-х ошибок». И эти пять или шесть новых ошибок просто утопят всё содержание весьма неплохого сочинения – внизу он видел алеющую приписку проверяющего «Смысловое содержание – отлично». Ну и что?! Грамматика тоже важна, безусловно, но в данном случае… Похоже его технично и безжалостно «утопили», и даже возражать бесполезно – любой согласится, что за шесть ошибок абитуриенту вполне законно выставляется «удовлетворительно», если преподаватель ещё добрый. Но за что с ним так?!
– Моя… почти прошептал он, опустив глаза. Женщина, пристально взглянула на него, и внезапно смягчилась, увидев его лицо.
– Вот, выпейте – протянула гранёный стакан с прохладной водой. Почему у вас такая реакция?
Отпив полбокала живительной влаги, он решился – и сухо попытался объяснить эту, почти невероятную, ситуацию сознательного фальсифицирования ошибок. Та молчала, внимательно впитывая информацию.
– Прекратите, юноша. Неужели вы думаете, что я поверю таким россказням, порочащим моих коллег?
– А вы убедитесь! Вышло так, что со мной ручка, та самая, которой я два дня назад в этом здании создавал эту работу. Прошу вас, проверьте её цвет и сравните с ошибками.
Дама замолчала, приняла ручку, щёлкнув кнопкой, выпустила на волю тонкое медное жало. Задумалась, медленно положила ручку обратно на стол и подвинула парню обратно.
– Не нужно. По-моему, ситуация очевидная. Ошибки налицо, оценка законная. Но переживать рано, я поднимаю вам работу на полбалла, за качество содержания. Я прочла, уверяю вас – свежо, смело, стройно выстроено. Оценки уже проставлены в экзаменационную ведомость, любой случай исправления – требует заверенного Акта апелляционной комиссии, в котором идёт обоснование улучшения балла. И что вы мне там предлагаете написать: неизвестные злоумышленники наставили новых ошибок?!
– Ну а почему бы и нет?! – начал горячиться юноша – мне кажется, для таких случаев и созданы комиссии, беспристрастно рассматривающие спорные случаи, так? К тому же, если сейчас этот инцидент не пресечь, он обязательно повторится, правда? Разве вы не хотите восстановить справедливость?
Преподаватель глянула на него слегка недоумённо. И тут до него дошло – она всё понимает, скорее всего даже знает автора этой пакости, но ничего не будет делать сверх обещанного плюсика к позорной «тройке». Ей это не нужно, никакого шума поднимать не будут, и на него рассчитывают за эту подачку в полбалла на скромное молчание. Ничего не оставалось, как, сохраняя остатки лица, тихонечко поблагодарить и откланяться, считая результат условно-положительным. Дама на это непритворно обрадовалась, даже сказала ему «Спасибо» – видно было, что его она запомнит с благосклонностью, и это не повредит – он ведь здесь намерен учиться!
