— Охренеть, — выдал Радим вслух, глядя на ту самую соседку, что обнаружила тела.
Она в ночной рубашке, без единой капли крови на ночнушке, убила хозяев и извлекла сердца. Радим остановил изображение в зеркале, что-то не вязалось, слишком расчетливо и спокойно проделал все это соседка. А значит…
— Что? — тут же среагировал Агапов. — Ты видел убийцу?
— Видел. Прощайся с делом, если тебе, конечно, висяки не нужны. Я его забираю.
— Ну и хорошо, — не расстроившись, произнес майор, — а то чувствовал, что не звездочка мне светит, а неполное служебное. Мне за твоего застройщика, что своего бухгалтера похитил, звание обещали. А это дело запросто мне все обломает. Так что тут случилось?
— Погоди, рано, — остудил его Радим, — нужно еще кое-что проверить. Ты, майор, сейчас увидишь то, что тебе видеть не нужно, и я очень не советую об этом болтать. Если хочешь, можешь уйти. Если нет, сидишь тихо, и сделай доброе дело, не испачкай штаны, тут и так от пролитой крови дышать нечем.
— Нет уж, — заупрямился Петр, — мне страсть как интересно, как ты колдовать будешь. Я — могила.
Радим кивнул и, открыв сумку, которая висела у него на боку, достал маску ищущего.
— Охренеть, — в свою очередь, видя, как Радим натягивает полумаску, которая тут же засветилась багровым, а вместо глаз появилось алое пламя. — Жуть какая, — вздрогнув, произнес Агапов. — Это череп?
— Череп-череп, — усмехнулся Вяземский, — только не человеческий. А теперь — молчок.
Он развернулся обратно к зеркалу и снова запустил сохраненные воспоминания. Вот теперь все стало на свои места. Благодаря маске вокруг женщины проявилась полупрозрачная женская фигура с черными волосами, она как будто обтягивает ее, та словно внутри призрака находилась. Радим прекрасно рассмотрел лицо ведьмы, когда та повернулась к зеркалу. Незнакомая, молодая, на вид и тридцати нет. Вопрос только — местная она или из зазеркалья свое черное дело вершит? Блин, как все нехорошо-то вышло.
Радим выматерился и, стянув маску, убрал ее в сумку, бросил взгляд на Агапова.
— Забираю дело, теперь оно точно мое, — еще раз произнес он.
— Кто их убил? Какая-то тварь с той стороны?
Радим покачал головой.
— Не нужно тебе это, майор. Это теперь моя головная боль. Надо к соседке заглянуть, пообщаться с женщиной, которая их нашла.
— Она дома осталась, — обрадовал его Петр, — не пошла на работу. Ей доктор, что приезжал, справочку состряпал. Успокоительного ей дали. Правда, не уверен, что толк будет. Ты здесь закончил?
— Да, больше тут нечего смотреть. Давай постоим на балконе, покурим и пойдем с соседкой говорить. Только ты меня прости, я это буду наедине делать. Как я сказал, дальше начинается такая жесть, что она тебе без надобности.
— Не претендую, — заверил его Агапов. — Мне бы что попроще. Мне твоя мистика даром не нужна.
— Вот это правильно, майор. Все, пошли покурим, заодно я твое дело заберу. — Радим достал телефон и набрал Ольгу. — Здравия желаю, товарищ подполковник, — поприветствовал он Бушуеву. — Я тут с майором Агаповым на месте преступления. В общем, выходите на его начальство и забирайте это дело к нам.
— Ведьмы? — тихо спросила Ольга.
— Да, и так хитро, что придется повозиться.
— Хорошо, я все сделаю, — ответила девушка. — Ты береги себя. А то ты ведь себя знаешь, куда ни пойдешь, везде вляпаться умудришься.
— Обещаю, товарищ подполковник, отбой. — Он посмотрел на Агапова, который делал вид, что ничего не видел и не слышал. — Все, майор, спас я вроде твою звездочку, Ольга все сделает.
— Ну и ладно, — отправляя окурок в пепельницу, произнес Петр. — Ну что, разбегаемся?
— Да, — кивнул Вяземский. — Мне лучше с ней наедине пообщаться.
— Понял, так даже лучше, тебе в однокомнатную справа.
Радим кивнул и пошел на выход за майором. На лестничной клетке они пожали друг другу руки и разошлись.
На звонок долго не отвечали, но, наконец, послышались шаги, и из-за двери раздалось слабое сакраментальное:
— Кто?
Радим сунул развернутую корочку в глазок и твердо и уверено произнес:
— ФСБ, лейтенант Вяземский.
Пару секунд было тихо, затем дверь приоткрылась, и оттуда выглянула обеспокоенная женщина. Выглядела она, прямо скажем, плохо.
— Я все уже рассказала полицейским, я ничего больше не знаю.
— Придется повторить, — с виноватой улыбкой произнес Радим, — это много времени не займет. Где мы можем поговорить?
Женщина сдалась и, распахнув дверь и отступив в сторону, пропустила его в крошечную прихожую, потом махнула рукой в сторону кухни.
— Проходите, только разуйтесь, я полы намыла, мне уборка помогает забыться.
