Тут же краснею до кончиков ушей и поспешно направляюсь на кухню, поманив Максима за собой. Он немного стушевавшись, опускается на стул возле окна.
- У тебя очень уютно, - бросает очевидную ложь, ведь это не так.
В моей квартире полно всяких недоделок. Взявшись за ремонт на кухне, я немного зависла на стадии потолков, потому что уже месяц жду, когда ко мне придут замерщики. Или они уже приходили и меня не оказалось дома.
А в комнате полно старой мебели, доставшейся от мамы. И чтобы было действительно уютно, нужно поменять её на новую и современную.
Я награждаю Максима неоднозначным взглядом, никак не комментируя его откровенную лесть. Включив чайник, тянусь за банкой кофе, которую поставила на самый верх из-за без надобности. Кофе я пью редко, предпочитая вместо него горячий шоколад.
- Подожди, я помогу, - слышу хриплый голос мужчины за спиной.
Чувствую, как он прижимается ко мне, и по телу проносится табун мурашек от такого близкого контакта.
Сердце начинает стучать как сумасшедшее, а дыхание застревает в горле. Рука Максима тянется за кофейной банкой и он берёт её в руки. Опускает на столешницу передо мной, но не спешит отстраняться.
Всё! Миссия выполнена! Он вполне может вернуться за стол! Дальше я сама!
- Спасибо, - тихо шепчу, теряя голос.
Однако Максим не уходит. Отпускает банку и его ладонь ложится на столешницу. Потом медленно скользит ко мне и кончики пальцев задевают край свитера и участок оголённой кожи на животе, потому что свитер успел немного задраться.
Я судорожно втягиваю носом воздух. Начинает кружится голова, ноги становятся ватными и меня почти не держат. Наваливаюсь на грудь мужчины и его руки тут же ложатся на мою талию.
Вроде бы нет в этом прикосновении ничего такого. Словно Максим лишь хочет поддержать меня, защищая от падения. Но мне вдруг становится так страшно, что тело сотрясается мелкой дрожью.
Что же случилось со мной в прошлом?
Что?
Что именно я пожелала забыть?
- Максим... - с моих губ срывается его имя.
- Ева... - шепчет мужчина, почти касаясь губами моего уха. - Ты такая красивая.
Тело начинает вибрировать ещё сильнее, но уже не только от страха. Со мной происходит что-то странное. Возможно возбуждение, но я словно не помню как именно оно должно чувствоваться.
Однако вспомнить мне всё-таки хочется.
Медленно, на ватных ногах, разворачиваюсь к Максиму лицом. Прячу взгляд под ресницами, кусаю губы, прежде чем выдавить сдавленное:
- Мы не можем...
Он обхватывает моё лицо ладонями, проводит подушечкой большого пальца по губам и я словно начинаю задыхаться. Внизу живота всё сжимается в сладкой истоме.
- Можем, - отзывается Максим уверенно. - Если наше притяжение взаимно, то можем.
С моих губ почти срывается стон, когда Максим накрывает их своими. Очень медленно словно вкушает мои губы. И не получив от меня сопротивления, углубляет поцелуй.
Когда кончиком языка проходится по моему языку, в голове происходит какой-то взрыв...
Макс
- Максим... - с её губ срывается моё имя на глубоком вдохе.
Я сильнее прижимаю девушку к себе одной рукой, а второй убираю её волосы за ушко и невесомо прикасаюсь губами к мочке.
- Ева... ты такая красивая, - понижаю голос до шёпота.
Меньше всего на свете мне хочется её напугать. Но сопротивляться собственным желаниям у меня не получается.
Она начинает дрожать ещё сильнее. А потом происходит что-то совершенно неожиданное и Ева сама медленно разворачивается ко мне лицом. Её грудь, ласкающе проходится по моим рёбрам, заставляя содрогнуться и меня.
Ева прячет взгляд под трепещущими ресницами. Кусает губы, прежде чем выдавить слабое:
- Мы не можем...
Я обхватываю её лицо ладонями. Провожу большим пальцем по сухим и искусанным губам девушки и она наконец поднимает свои прекрасные глаза на меня.
- Можем, - говорю уверенно. - Если наше притяжение взаимно, то можем.
Медленно, очень медленно приближаюсь к её губам своими.
Если Ева сейчас скажет, что ничего ко мне не чувствует или начнёт вырываться, то я её отпущу. Знаю, что придётся приложить титанические усилия, но всё равно отпущу!
Однако она не вырывается и ничего не говорит. Я накрываю её губы и без спешке, смакуя, начинаю целовать.
Её губы мягкие и нежные именно такими я их и запомнил. А их вкус - просто неповторимый.
Словно наркоман, я целых пять лет не получал свою дозу удовольствия и теперь не знаю, как остановиться.
Углубляю поцелуй. Языком раскрываю её губы и прохожусь по её языку. Теперь мы оба дрожим ощутимее. И мне начинает казаться, что тело девушки, как-то обмякло в моих руках. Через мгновение я понимаю, что это и правда так.
Ева опускает голову вниз, тем самым прекращая поцелуй. Хочет отстраниться, но её ведёт в сторону и девушка хватается за сердце.
- Ева! - держу её за плечи. - Что с тобой? Тебе плохо?
Она рвано хватает воздух ртом и слабо вырывается. На мои вопросы не отвечает, словно потому, что не может выдавить ни слова. Морщится, как от боли.
Я подвожу девушку к стулу и помогаю сесть на него. Опускаюсь перед ней на колени.
