Мы оба смеёмся. Я беру Еву за руку и переплетаю наши пальцы. Время от времени подношу её ладонь к губам и целую тыльную сторону. Вспоминаю про кольцо. В голове прокручиваю речь, которую приготовил...
Но немного позже, когда мы поднимаемся в квартиру, и я, приготовив специальный диетический ужин, приглашаю Еву за стол, все слова застревают в горле. Подготовленная речь кажется какой-то пафосной и совсем не от сердца. А хочется как-то по-простому...
– Пахнет вкусно, – Ева потирает руки и, схватив вилку, натыкает на неё кусочек куриного мяса. Кладёт его в рот. – Ммм... Божественно... – протягивает она, посмотрев на меня с благодарностью.
Не уверен, что это прям уж божественно, но пахнет, и правда, сносно. Мне ещё предстоит научиться многому, но я буквально жажду этого. Уже скачал на телефон миллион рецептов разных блюд из полезных продуктов.
Попробовав блюдо, остаюсь доволен, но аппетита у меня нет, поэтому я откладываю вилку и просто наблюдаю за Евой.
Сначала она молча ест, но всё-таки замечает мой взгляд и тоже откладывает вилку. Взяв салфетку, вытирает губы и делает глоток воды.
– Мне уже начинать нервничать? – резким движением убирает непослушные прядки за ушки.
Моё нервное состояние наверняка передаётся и ей, что совсем ни к чему.
Пытаюсь расслабиться. Сделав глубокий вдох, поднимаюсь из-за стола и подхожу к Еве. Она разворачивается ко мне, и я тут же опускаюсь на одно колено. Запустив руку в карман брюк, достаю кольцо. Громко сглатываю, когда заглядываю в бездонные глаза девушки. В них стоят слёзы.
– Я... Я много чего хотел сказать, но, кажется, всё напрочь забыл...
Ева тут же подаёт мне руку, чтобы я надел кольцо. С восторгом разглядывает драгоценный камень в самом центре, а потом обвивает руками мои плечи и нежно целует в губы.
– Это значит «да»?
– Да! Сто раз да! И другие слова тут не нужны... Только вот эти: я очень сильно тебя люблю, Максим.
В груди что-то трепещет, и сердце совершает кульбит. Я притягиваю Еву к себе и целую с бесконечной нежностью. Потом зарываюсь в её волосы и, втягивая их аромат, шепчу, протяжно выдыхая:
– Я люблю тебя, Ева.
И добавляю про себя: «Ты мой приговор и моё оправдание. Теперь я буду жить только тобой. Всегда».
Два месяца я провела под чутким наблюдением и невероятной заботой Максима. Но даже после того, как его брат, взяв нужные анализы и обследовав моё сердце, сообщил, что всё просто отлично, Макс не перестал меня опекать. Иногда даже излишне.
Но я прощала ему это, потому что понимала – он боялся меня потерять.
Я знала, что во время операции пошло что-то не так, но также знала, что именно Максим меня спас. Не знаю, как, но я выжила из-за него и ради него. А врачи сказали, что это было чудо. Что ж... пусть будет так.
И сегодня я должна сообщить Максиму о ещё одном чуде.
– Ева, я дома. Ты готова ехать? – Максим застывает в дверях спальни и тут же констатирует: – Нет, ты не готова. Отменим ужин? Я не против, кстати. Лучше побудем вдвоём.
– Нет, не отменим, – качаю головой и встаю с кровати. – Просто немного опоздаем... Чуть-чуть.
Невинно пожимаю плечами.
Да, моё платье всё ещё на вешалке, а на мне свободная футболка Максима. И, скорее всего, его брат будет не очень доволен нашим опозданием, ведь мы ужинаем с ним и его женой в ресторане, и эта встреча по случаю дня рождения их сына...
Но я должна сообщить Максиму радостную весть. А ещё обнять его. Он такой красивый в этом элегантном синем костюме, что у меня даже подрагивают пальцы от желания прикоснуться к своему мужчине. А ещё, видимо, расшалились гормоны...
– Всё в порядке? – спрашивает Максим, явно напуганный моим поведением, когда я прижимаюсь к его груди и утыкаюсь носом в ворот рубашки.
– Мы беременны, – выдыхаю я еле слышно.
– Что?
Но кажется, он всё-таки услышал...
– А ну-ка, повтори? – в его голосе появляются восторженные нотки.
Вскинув голову, смотрю в синие глаза своего мужа и повторяю с улыбкой:
– Мы беременны. Я сделала тест.
Знаю, что это неожиданно для нас обоих, мы не старались забеременеть прямо сейчас. Да и наша свадьба была всего две недели назад. А ещё – лишь только год прошёл со дня операции... Но всё же – мы ждём ребёнка. Я и Максим!
Боже! Я и сама только сейчас начинаю в это верить!
– Боже... Ева... – он прижимает меня к груди и впивается в губы. Глубоко поцеловав, обрывает этот яростный поцелуй и, удерживая моё лицо в ладонях, произносит: – Я знал! Знал, что так и будет!
– И откуда? – недоверчиво сужаю глаза.
А он пожимает плечами.
– Просто знал... Потому что желал чертовски сильно!
Максим больше не позволяет мне говорить. Вновь целует, и мы увлечённо перемещаемся к кровати. Он срывает с себя пиджак, я быстро перебираю пальцами, расстёгивая пуговицы на его белоснежной рубашке. Макс хватается за край футболки и срывает её с меня.
– Подожди, – резко останавливается. – Нам, наверное, нельзя!
Тяжело дыша, скользит взглядом по моему плоскому животу. В его глазах безумное желание сменяется сомнением.
