– Откройте и посмотрите. Вы же вроде такая самостоятельная, – он с намеком выгнул бровь, и я поняла, что он намекал на мое незаконное проникновение в академию. – Или предпочли бы, чтобы я сделал это за вас?
Отрицательно покачала головой и вскрыла конверт. Внутри оказалось письмо, написанное очень знакомым почерком.
На глаза неожиданно навернулись слезы, а последняя фраза вызвала у меня усмешку. Передо мной, будто наяву, предстало по-доброму улыбающееся лицо брата. Стало приятно, что он так заботится обо мне и сразу же по пробуждении отправил письмо в академию. И даже не стал ругать за то, что оставила лекаря без его повозки.
А этого мужчину передо мной, оказывается, зовут господин Савар, и он находится на службе у моего клана. Что ж, неожиданно, но весьма полезно. Вероятно, именно поэтому он не стал устраивать мне допрос при всех или наказывать за нарушение правил академии.
Вот только что Макс подразумевал под насущными проблемами, которые даже первостепеннее моего смертельного проклятия? Наверняка речь о Ноэль. Ведь пока она на свободе, моя жизнь, как и жизни каждого из членов моей семьи, определенно все еще в опасности.
Интересно, может ли она неожиданно объявиться здесь, в академии? Если и да, то уж точно не в качестве ученицы, ведь у нее не осталось никого, кто мог бы ей помочь вернуть прежний статус. А значит, она может скрываться где угодно – в академии полно обслуживающего персонала, незаметного, но вездесущего. Следует быть крайне осторожной и закончить все свои дела как можно скорее.
К тому же проклятие не дремлет. Да, со вчерашнего вечера оно пока никак себя не проявляло, но ведь прошло совсем немного времени, а менее смертельным оно от этого не стало.
– Спасибо, господин Савар, – сказала я, сворачивая письмо.
Мужчина молча кивнул, полностью сосредоточив внимание на укладывании своих конспектов в идеально ровную стопку на углу стола. Пока я читала письмо, он тактично отвлекся на подготовку к началу занятий.
– А вы, выходит… тоже состоите в нашем клане? Тогда, может, отпустите меня? – я подняла к нему все еще скованные заклятием руки.
Преподаватель, наконец, отвлекся от своих бумаг и посмотрел на меня.
– Сожалею, но это невозможно. Я всего лишь выполняю свои должностные инструкции, а потому вынужден был вас обезвредить. Так же и вы, госпожа Корал, должны следовать правилам академии. Ничего личного. Пока общепринятые нормы и правила не влияют на исполнение мною долга перед кланом, я обязан следовать им.
– Интересно… – протянула я, скрывая свое недовольство. Все равно от него здесь не будет никакого толку, хотя руки уже начали затекать. – А в чем же тогда заключается ваш долг перед кланом?
– Я должен оберегать честь и интересы клана, а также защищать жизни членов вашей семьи, – ответил преподаватель.
– А если спасение жизни одного из членов семьи будет связано с нарушением правил академии? Как вы поведете себя в этом случае?
Мужчина поправил очки на переносице.
