Мужчина побежал, петляя по-заячьи, вжав меня в свою грудь. Трепещу, но не душой и не сердцем, а телом. Чистый восторг, упоение, дрожь в кончиках пальцев и пусть грохочет над нами. Я действительно бабочка, попавшая в сердцевину соцветия. С каждой секундой насыщаюсь восторгом, будто пью волшебный, играющий на языке, эликсир.
Грохот над нами смолк, и мужчина остановился, откинул меня от себя, тянет дымком и паленой травой откуда-то с поля.
— Улетел, сам, невероятно.
— Кто улетел? Вертолет?
— Пусть будет вертолет…Что же мы с вами наделали, эйтэм?
— А что мы наделали? Мы пока ничего не наделали из того, о чем стоило бы вспоминать и, быть может, жалеть, — я потянулась, удобно, когда тебя носят на руках, правда, к такому довольно легко привыкнуть, наверное.
— Вы все ещё улыбаетесь, нежный цветок. Чем я могу вас порадовать? В благодарность и просто от чистого сердца?
Живот предательски заурчал от голода. Позавтракать я толком не позавтракала, увлекшись бумагами.
— Хотите винограда? Тут есть одичалый, мелкий, но очень сладкий. Черный и белый. А ещё неподалеку растет тутовник. Вы любите тутовник, эйтэм? Истинное наслаждение, в деревнях из него готовят джемы и даже сушат.
Виноград? Тутовник? Мы где? Почему я решила, что мы в Подмосковье? Столица! Отвезите меня в столицу. В мире столиц довольно-таки много, Москва отнюдь не единственная. А я, кажется, дура.
— Вам дурно?
— Как называется эта местность? Мы хотя бы в России?
— Нет, боюсь, что это не так.
— А где? Куда этот старик со своими амбалами меня вообще приволок?
— Это моя родина и родина вашего супруга, эйтэм. Довольно далеко от вашей родной земли. Но завтра утром, если ничего срочного не потребует моего вмешательства, мы с вами обязательно навестим Швейцарию, обещаю, чего бы мне это ни стоило. Желание эйтэм — закон, — он улыбнулся. А я взбесилась. Разговаривает как с ребенком, ничего не объясняет.
— Зачем меня похитили? Выкуп за меня никто не отдаст. Что вообще происходит? И эти бумаги о браке. Какова цель всего этого? Поставьте меня уже наконец!
Опустил, бережно придерживая за локоть, словно боится, что я сбегу. А бежать тут точно некуда. И на холм меня не пустили, не дали осмотреться. Черт, оттуда весь городок наверняка видно и все дороги. Стоило, конечно, просто подняться на крышу любого высокого здания, а не ломиться черт-те куда, уже бы обладала информацией. А с другой стороны, кто бы меня пустил в подъезд?
— Дело в том, что вы оказались очень подходящей кандидатурой. Исключительной. От вас ничего не требуется, просто быть с нами, пусть и недолго, несколько дней, полагаю, это самое большее. Взамен вы получите любые преференции, какие только сочтёте возможным пожелать. За ужином, думаю, ваш супруг сможет объяснить лучше.
— Любые преференции? В обмен на что?
— На ваше общество. Я сожалею, но большего рассказать не могу, просто не имею права. Наслаждайтесь жизнью, это райское место. Лучшее из великого множества. Прекрасный климат, даже зимы не бывает. Фрукты, ягоды, любые деликатесы. А хотите, я закажу для вас украшения? Думаю, белое золото с рубинами вам подойдёт. И наряды. Женщины любят платья. Какие вы бы хотели заполучить?
— Я предпочитаю носить брюки как те, что у меня отобрали.
— К вечеру у вас будут точно такие же. Я опрошу дворецкого, и вам их сошьют. Виноград скрывается вон в тех зарослях, я сейчас принесу несколько гроздей, или же вы хотите сорвать его сами?
