Устав, окончательно выбиваюсь из сил. Олег это понимает, поэтому тут снимает меня с себя и укладывает меня на кровать лицом вниз. Раздвигает мои ноги и приподнимает таз вверх, чтобы войти сзади.
– Хочешь кончить ещё? – не дождавшись моего ответа, Олег трахает меня сзади, вдалбливаясь с новой силой.
– Я не смогу, – качаю головой и чуть не хнычу.
– Сможешь, детка.
Сделав в спине прогиб, приподнимаю филейную часть. Олег просовывает под меня руку и кладёт её на клитор. Растирает моё горошину, продолжая таранить в лоно мощными ударами.
Я снова издаю громкие стоны, ощущая приближением второго оргазма. Но уже через несколько секунд меня накрывает дикой волной, и я кричу.
Олег следует за мной. Зарывшись лицом на моём плече, кончает внутрь меня. Я чувствую липкую влагу, растекающуюся внутри, и не могу поверить в то, что только произошло.
Такого секса в моей жизни никогда не было! Это было слишком порочно и остро, просто на грани безумия…
– Тебе понравилось, крошка?
– Мне снесло крышу, – еле нахожу в себе силы ответить.
Перекатываемся на спину. Я закидываю ногу на бедро Олега и рукой обнимаю его за талию. Его быстро бьющееся сердце вторит моему. Мы дышим в унисон, ощущая в комнате устойчивый запах секса.
– Знаешь, Сокол, – говорю я, зарывшись пальцами на макушке Олега и играясь с волосами.
– Что?
– Ты нереальный мужик.
– Комплимент? – ухмыляется Олег.
– Нет. Признание в любви.
Приподнявшись на подушке, Олег смотрит на меня со всей серьёзностью.
– Влюбилась? – спрашивает он.
– Нет. Хуже. Я подсела на тебя, как на наркотик. Я сошла с ума рядом с тобой и не хочу лечиться.
– Машка...
– Тсс, – я прикладываю к его губам палец, призывая молчать. – Не порть романтический момент. Я люблю тебя, Олег. Прикинь? Я влюбилась в мужика, который мог видеть, как я пачкала в детстве пелёнки.
– Тсс, – Маша прикладывает к моим губам палец, призывая молчать. – Не порть романтический момент. Я люблю тебя, Олег. Прикинь? Я влюбилась в мужика, который мог видеть мои грязные пелёнки в детстве.
С трудом сдерживаюсь, чтобы не заржать. Замечая это, крошка не больно бьёт своим кулачком по моему плечу.
– Ты ржёшь? Да? Что я сказала смешного? – Девочка обиженно поджимает губы и поворачивается ко мне спиной.
– Маш, Маша. Машка, – я щекочу её под рёбрами, желая вызвать улыбку. – Я не ржал, честно.
– Врёшь.
– Нет, не вру. Когда ты мне сказала "Не порть романтический момент", я даже не думал, что признания закончатся твоими грязными пелёнками.
– Это была метафора, Олег, – повернувшись ко мне лицом, Маша заглядывает в мои глаза и укоризненно качает головой: – а ты так ничего и не понял.
– Понял. Всё понял, – я снова широко улыбаюсь и это раздражает крошку. Она отталкивает меня в сторону, когда я пытаюсь её поцеловать.
– Я впервые в жизни призналась в любви, а надо мной тупо поржали. Было очень смешно, да?
– Маш, не дуйся. Было смешно только от последней фразы.
– И всё?
– Всё.
Вскочив с кровати, Маша начинает подбирать с пола свою одежду.
– Ты куда-то собралась? – спрашиваю я недоумевая.
– Домой поеду. Тут ржут надо мной и мне не нравится это, – обиженно поджимает губы.
Встав с кровати, подхожу к девочке. Отбираю одежду и кладу её на кровать.
– Прости, я не думал, что обижу тебя. Останься, пожалуйста, – тянусь пальцем к упрямому подбородку и приподнимаю его. – Я всегда хочу слышать слова, которые ты мне сказала, детка. То, что происходит между нами – это не просто наркотик. Это любовь, Маша. Самая настоящая и самая сильная.
Целую каждый палец на руке Маши. И крошка, наконец-то, сдаётся.
– Значит, в нашей истории будет только счастливый конец? – заглядывает в мои глаза.
Кайфуя от нежного голоса, обнимаю Машку обеими руками за плечи, прижимая к своей груди.
– Будет. Не сомневайся. Если не пугает то, что я свалю на пенсию раньше тебя на два десятка.
лет, то хеппи-энд однозначно за нами.
– Я запомнила, Олег. Только попробуй оставить нас без хеппи-энда, – Машка щипает меня за бок, и я громко смеюсь из-за её детской выходки.
– Какая же ты ещё маленькая, девочка моя, – мне нравится гладить её волосы и вдыхать их запах. Она пахнет мной и это прямо бальзам для моего уставшего сердца.
Мы сидим в гостиной на первом этаже и смотрим телевизор. Облокотившись спиной на диван, верчу в руках пульт, а Машка лежит рядом, закинув на меня свои стройные ноги.
Я почти засыпаю в отличие от крошки и уже готов вернуться в спальню, как раздаётся трель мобильника. Отвечаю на звонок, прочитав на экране имя абонента.
– Босс, мы его нашли. Приезжайте. Он не хочет говорить.
Я в ярости, а потому быстро встаю на ноги и подхожу к окну.
– Я скоро буду, – отвечаю по телефону, замечая, как Машка наблюдает за мной, ничего не понимая. В её глазах читаются вопросы, на которые я не собираюсь давать ответы.
– Ты уезжаешь, Олег?
– Да, а ты ложись спать. Не жди меня, крошка.
Качнув головой, девочка подходит ко мне и берёт за руку.
– Что-то случилось?
– Работа, детка. И днём, и ночью.
– Тогда мне не нравится твоя работа. Может, не поедешь? – с надеждой в голосе.
