Клемент подтягивается на перекладине, которая установлена между двух деревьев. Никогда не догадаешься, что он только что вывихнул палец.
Я направляюсь к нему.
– Тебе не следует этого делать.
Во время следующего подтягивания он встречается со мной взглядом. Отвечает сквозь стиснутые челюсти, не меняя ритм:
– Почему?
Я качаю головой и возвращаюсь к своему рюкзаку. Поменяю сланцы на кроссовки, чтобы мои пальцы на ногах не кусали комары и муравьи. Когда я встаю голой ступней на землю, что-то впивается мне в пятку. Я поднимаю ступню, но ничего не вижу.
Ко мне подходит Микки.
– Что случилось?
– У меня что-то в пятке.
– Бамия?[21]
– Что это? Ох! Как больно.
– Они оставляют в траве жутко колючие семена. Погоди. – Микки бежит в свою палатку за фонариком и светит мне на пятку. – Вот, видишь? Здесь еще одно семечко.
Она поднимает ноготь, чтобы показать мне тоненький острый шип толщиной с волос у меня на руках. Поразительно, что он вызывает такое раздражение.
– Они здесь везде, – сообщает Микки. – Поэтому смотри, куда ставишь ногу. У меня ноги огрубели, поэтому я их не чувствую.
Она наклоняется и срывает что-то с какого-то растения.
– Хочешь?
Томат черри.
– Спасибо! – Стоит мне только надкусить его, как я чувствую сладость на языке. – Они дикие?
– Нет. Мы тут много чего выращиваем. – Она показывает рукой на кусты, и я вижу различные растения, высаженные ровными рядами.
До нас доносится мужской смех. Клемент с Джеком стоят рядом, склонив головы. Клемент что-то говорит, Джек снова смеется и хлопает Клемента по спине.
– Готово! – кричит Райан.
Никудзяга Микки вместе с жареными овощами разложена в разнообразные миски с отбитыми краями.
Виктор хлопает себя по рукам в районе бицепсов.
– Сегодня вечером прохладно. Давайте разведем костер.
Совершенно точно, что у бразильцев другое представление о холоде.
Джек убивает комара.
– Да, разгоним комаров.
Виктор достает зажигалку. На внутренней части запястья у него татуировка (в том же месте, что и у Микки) – огромная, просто чудовищная волна разных оттенков синего с густой белой пеной на липе[22]. Они с Джеком склоняются над костровой ямой, что-то бормочут себе под нос и ругаются.
Клемент отталкивает их в сторону.
– Дайте мне.
Мышцы на его спине двигаются – перекатываются при движении рук. Если думаете, что спина не может быть сексуальной, посмотрите на спину серфера. У них самые лучшие спины.
Вскоре разгорается небольшой костер. Мы усаживаемся вокруг на разных пнях и камнях. Скай сидит рядом с Виктором, на ней сетчатая блузка персикового цвета и армейские шорты. Джек ест одной рукой, второй поглаживает бедро Микки с внутренней стороны, водит вверх и вниз. Райан сидит на небольшом удалении ото всех, склонившись над своей тарелкой, светлые волосы закрывают его лицо.
Я поворачиваюсь к Клементу.
– Ты вообще откуда?
– Из Испании, – отвечает он, не глядя на меня. – Из Барселоны.
«Еспания. Барс-елона». Какой сексапильный акцент.
– Ты часто ездишь домой?
– Не был семь лет.
– Ты скучаешь по дому? – спрашиваю я.
– Нет.
Вытягивание слов из Клемента подобно выдавливанию крови из камня, поэтому я сдаюсь и просто смотрю, как он ест. Пока не замечаю, как другие смотрят на меня, наблюдающую за ним.
Скай расплывается в улыбке.
– Мы забыли про правила хорошего тона. Нам нужно представиться нашей гостье. Я начну. Итак, меня зовут Скай, в школьные годы я занималась плаванием, участвовала в соревнованиях, а затем открыла для себя серфинг.
Это объясняет ее плечи. Для серфера также полезно хорошо плавать. Жаль, что я не могу сказать это про себя.
– Я из Голд-Коста[23], – представляется Джек. – Пляж начинался в конце нашей улицы. Я часто прогуливал школу, чтобы серфить. Учителя считали, что из меня ничего путного не выйдет, но первые спонсоры появились у меня, когда мне еще не исполнилось двенадцать лет.
– Меня зовут Виктор, – говорит Виктор. – Я люблю большие волны, и я не умею врать.
Все хохочут. Скай дает Виктору подзатыльник. У нее на бицепсах татуировки: дико переплетающаяся лоза и цветы, этот рисунок напоминает мне подлесок здесь.
Клемент молчит, пока Скай не сжимает его руку.
– Я прилетел в Сидней пять лет назад поработать в отпуске, но домой так и не вернулся, – сообщает Клемент.
– У тебя вид на жительство? – спрашиваю я.
– Да, – кратко отвечает он, но добровольно не предоставляет дополнительную информацию.
Пальцы Скай остаются у него на руке, легко и плавно скользят по его оливковой коже. Похоже, она – совершенно раскрепощенный человек, склонный к тесному физическому контакту. Виктор замечает, чтó она делает, и тут же обнимает ее за талию как собственник.
– Ты надолго в Австралии, Кенна? – интересуется Скай.
Райан не представлялся, но она не заставляет его это делать. Я бросаю взгляд на Микки.
– Примерно на месяц. – Или, возможно, меньше, если мне удастся убедить ее уехать.
– Микки сказала, что ты раньше занималась серфингом, – продолжает Скай. – Почему ты прекратила?
– Мой парень утонул.
Воцаряется молчание. Они смотрят на меня сочувственно, но с любопытством.
– И теперь ты боишься воды? – спрашивает Скай.
