Енот просунул в дверь любопытную мордочку. На диване лежали три медвежонка разных размеров, белый заяц, бегемот, овца, обезьяна и пингвин.
– Что это всё значит? – недоверчиво спросил Генри.
– Можешь выбрать себе игрушку, чтобы с ней обниматься! – объяснил Йоши.
– А можешь даже все их забрать в стиральную машину, – предложила Матильда.
Генри потрогал каждую игрушку, примерился, прижав её к груди и обнюхав.
Потом покачал головой.
– Нет, ни одна не подходит.
– Но почему? – удивился Йоши.
– Это ваши игрушки. К тому же они пахнут пылью. А я хочу такую, чтобы она выглядела как енот, – заявил Генри и вышел из комнаты.
Матильда с ухмылкой взглянула на двоюродного брата.
– Можно было догадаться, что он не даст так просто себя утешить. Типичный Генри. И как нам его развеселить, не покупая дорогущую игрушку в виде енота?
Мальчик пожал плечами.
– Понятия не имею.
Целый день ребята пытались что-то придумать, но у них ничего не получалось. Перед сном Матильда, совершенно недовольная собой, стояла перед зеркалом и чистила зубы.
– У тебя всё в порядке? – спросил папа, пытавшийся стереть влажной тряпичной варежкой печать кафе, которую Генри поставил ему на руку.
Матильда качнула головой, это должно было означать нечто вроде: «Более или менее».
Папа поднял руку в варежке и проговорил скрипучим голосом, изображая пальцами открывающийся и закрывающийся рот:
– Но, Матильдочка, почему же ты грустишь? В такой прекрасный вечер?
Девочка хихикнула.
– Ты гофориф как Корфик из «Улицы Фезам»[1], – прогнусавила она и вдруг замерла.
Она поспешно выплюнула изо рта пасту и чмокнула папу в щёку.
– Спасибо! – воскликнула она, нагнулась, покопалась в шкафу и достала чёрно-белую тряпку. – Вот он удивится!
Матильда выскочила из ванной.
– Э-э-э, пожалуйста! – крикнул ей вслед ничего так и не понявший папа.
В этот день Матильда позднее обычного пошла спать. И ей понадобилась помощь бабушки Хильды. Но когда девочка наконец легла в кровать, на её подушке оказался очаровательный плюшевый енот. Она завязала на тряпке-рукавичке два уха, набила игрушку ватой и зашила снизу. Конечно, она сделала зверьку глаза, нос и рот: в этом ей помогла бабушка Хильда.
Теперь нужно только провести с игрушкой одну ночь, чтобы она всё ещё пахла свежестью, но вдобавок и немного Матильдой.
Генри был вне себя от счастья, когда утром Матильда протянула ему плюшевого енота.
– Маленький Генри! – восхищённо вскричал он, прижимая к груди мягкую тряпочку. – Он так приятно пахнет! И он мой, только мой!
– Вау, отличная идея, – удивился Йоши, который наблюдал за происходящим, заглядывая девочке через плечо. – Ты сама его сделала?
Матильда гордо кивнула.
– С помощью бабушки. Игрушку даже в машинке можно стирать.
Но этого не стоило говорить при Генри.
– Ни за что! – возмущённо воскликнул он. – Только в моей личной стиральной машине!
Генри спрятался в «Миеле» и захлопнул дверцу перед ошарашенными лицами Матильды и Йоши. Однако его мордочка тут же появилась по ту сторону барабана, и зверёк прижался носом к стеклу, посылая детям воздушные поцелуи.
– Спасибо! – глухо прозвучало из «Миеле».
А иногда он вполне мог быть вежливым, этот маленький енот.
На Вилле Чудес ни один день не похож на предыдущие. И только голод Генри остаётся неутолим.
– Чем бы мне перекусить? – спросил енот, потираясь как кошка, о бабушкины ноги.
– Кыш отсюда! – шикнула бабушка. – Я завариваю горячий чай, не дай бог, опрокину на тебя кипяток.
Это услышала Матильда.
– Пойдём, мой голодный дружочек, – сказала она. – Я дам тебе морковку.
Девочка направилась на кухню и достала из миски на подоконнике морковь.
– Морковку? – рассердился Генри. – Я что, кролик? Или, может, конь?
Матильда строго посмотрела на зверька.
– Нет, ты енот. Но и еноту нельзя питаться только печеньем. К тому же ты любишь овощи!
Генри наморщил нос.
– Да, но СЕЙЧАС я хочу печенье.
Девочка откусила кусок моркови и ласково предложила:
– А давай-ка сейчас мы выберемся на улицу и поиграем в футбол.
Так они и поступили. А вскоре Лео с Йоши присоединились к игре. Когда матч стал слишком динамичным для маленького енота, Генри улёгся в траву и уставился в небо, разглядывая облака.
А через некоторое время и Матильда, раскинув руки, упала рядом с енотом на газон.
– А там морковка! – Матильда, хихикая, указала на длинное вытянутое облако.
– Тебе везде мерещатся морковки, – буркнул Генри. – Может, ты и есть кролик?
– Ну, погоди! – рассмеялась девочка и пощекотала лапку енота.
– Хватит, – сказал Генри. – Угадай лучше, что вижу я. Вон в том большом облаке.
Матильда посмотрела на небо.
– Хм… Мяч? Монету? Ой, я знаю: круглую тарелку со спагетти!
– Почти, – признался Генри. – Это гигантское печенье.
Матильда расхохоталась.
– Гигантское печенье?
– Ага, толстое, сладкое печенье, похожее на шар! – мечтательно произнёс Генри. – И оно лишь для меня одного.
– Всё усеянное кусочками морковки, – добавила Матильда, чтобы поддразнить енота.
Но зверёк внезапно согласился:
– Да, это мне тоже подошло бы.
