IИ вот каков ползет урод:Огромный горб, огромный рот,Огромный, выпуклый живот,И громкий звук наружу прет.II…и перепуган сельский люд,Он (люд) забыл про сон и труд.Вот некто закричал: «Убьют!»Вот кто-то прыгнул в прорубь, в пруд.IIIСобрался всяк и был таков.Но где народ без удальцовИ – бесшабашных храбрецов?..IVОни – поднявши топоры,Бегом спускаются с горы;Глаза – пылают, как костры.И злые лезвия остры!VИ что ж тут видят пред собойОтважные безумцы наши!?С огромной, как чугун для каши,Обледенелой головойVIПолзет младенец: весь – в снегу…В крови… И в слизи.На бегуОни – ругнулись (ближе – краше):Меж ног какое-то гнилье,А может, сгнившее белье?В волынку дует и ползет.Один изрек: «Вот ё моё».VIIСказал другой: «От этим в рот…»И третий: «Тем и этим в зад!»…И … не спеша, пошли назад.VIIIБудь ты бандюга, будь вор, будь пропойца,Пусть ты всю правду, всю честь позабыл,Двери могилки тебе не откроются —Если ты женщин (своих) не любил!Да. Ты хитер был – как зверь кровожадный.Да. Прожил жизнь – невиновных губя.Рухнет наш мир. Весь. В Тартар. Агромадный. —Если они не жалели тебя.Если они не любили тебя![17]IXВон: напугал всю деревню младенец,Что был нечисто и странно рожден.Вот он – укутан горой полотенец.А вот отнесен он в чудеснейший дом.XЛед с головенки тихохонько сняли(Лед за деревней в лесу закопали).Сам-то малютка очнулся в тепле.Только, вишь, был изуродован шибкоИ улыбался ужасной улыбкой.Так что младенчика спрятали в зыбку(Чтоб не пугал никого на селе).XIВот каково Том Лермонта рожденье,Дале, слышь, – краше (а счас, брат, прости —Что-нибудь больше, чем умное мненье,Мне за рассказец, любезный, плати!).<p>Отступление</p><p>(Сказитель)</p>
