Мне было девятнадцать, через пару лет должна была окончить академию. Мечтала стать криминалистом, используя свою силу некромага. Еще представляла небольшой дом в тихом районе, куда буду приходить после работы. Думала о том, как приятно будет жить с Николасом, а со временем завести детей и собаку. Я не хотела слишком много от жизни, мне нравилось та тихая мирная картина, что рисовала в своей голове.
Но в одни чудесный летний день, я услышала первый смешок за спиной, это было в столовой.
Как и любая бы на моем месте не придала этому значения, но со временем это стало преследовать меня все чаще и чаще. Куда бы я ни пошла, повсюду люди смеялись за спиной.
Я слышала их шёпот, но никогда не могла разобрать, о чем они секретничают.
Стала тщательнее собираться. Моя одежда всегда была отглажена и чиста, волосы уложены, макияж легок и незаметен. По два часа крутилась перед зеркалом, боясь, что вызывала насмешки своим видом до этого. Но ничего не менялось. И вот тогда я начала прятаться. Сначала это были пыльные вонючие кладовки, где я жевала на обед чёрствую булочку, припасённую с завтрака, только бы не ходить в столовую. Затем занималась на чердачке, а не в библиотеке, как все остальные. Но лучше не становилось. Мне нравилась моя академия, хотелось наслаждаться пребыванием в ней, вот тогда-то и пришла в голову мысль, создать ее копию.
Через время это удалось. Моя единственная подруга, тихая и скромная девушка с аквамариновыми глазами была обычно молчалива и неприметна. Уговаривала меня не обращать внимания, и прекратить эксперименты с магией. Со временем она становилась все разговорчивее и увереннее в себе. Стала замечать, что многие окликают ее в коридорах и здороваются. В нашу комнату стали периодически доставляли конверты на ее имя с приглашениями на вечеринки. Чем больше я проводила времени в своей серой одинокой реальности, тем сильнее расцветала она.
И вот однажды все встало на свои места. Подойдя, к двери комнаты я услышала голос Николаса, своего парня.
— Мы должны все рассказать ей, так дальше не может продолжаться.
— Не надо ты ведь видишь, что Мальвида и так сходит с ума. Я боюсь, она обезумит и убьет нас.
— Любимая я не позволю, этому случится, хочу быть с тобой. До чертиков надоело играть роль ее парня.
Я не представляла, как давно это у них длилось, но понимала, знали все кроме меня.
Чем хорош ваш мир в котором не один человек не сказал мне о случившемся, просто продолжив, смеется за спиной? В котором подруга и любимый способны на такое предательство? Должно быть, они все давно умерли в страшных муках, которые я наслал в проклятье, уходя за грань. А может быть, все еще страдают, ведь закланием им отводилось еще пару лет безрадостной жизни.
— Пару лет, — промолвила Дэмиян. — Ты считаешь, тебя нет в мире всего пару лет? Позволь узнать в каком году ты ушла? Я ректор этой Академии вот уже восемь лет, но ничего не слышал об этом случае. Более того никто из ныне живущих не знает, как появилась серая грань.
— Вы ректор? Не дурите мне голову старая карга миссис Лэкьюари, наша директриса.
— Она мертва вот уже более трехсот лет, — вымолвила Лидия. — Ее портрет висит в школе, как и пять других изображений основателей академии.
Недоумение, страдание вот что мы увидели на лице бедной девушке.
— А как же мои родители? Я планировала вернуться к ним через пару лет, когда все это кончится…. Должно быть вы все мне лжете, ведь так? — Вскричала девушка. — Отвечайте! Или я сожру их, — указала она на парней, — Сейчас же!.
— Здесь нет лжи, — отозвалась. — Никто ничего не знает о тебе. Никто не помнит твое имя. И все — все твои обидчики давно в могиле, даже если им и удалось снять проклятие. И те, кто шептался за спиной, их так же нет. Должно быть, время здесь течет совершенно иначе.
О боже, сколько же значит мы тут?
— Девушка в изумлении смотрела на меня, а затем подогнув колени села на пол. Ее светлые до колен волосы, разметались по сторонам, когда она, уткнувшись лицом в свои ладошки разрыдалась.
— Но как же так, ведь я хотела, что бы заметив мое исчезновения, люди забеспокоились и поняли как обидели меня. Собиралась вернуться и взглянув всем им в глаза, спросить осознали ли те свою жестокость, — рыдала Мальвида.
— Ты не должна была замыкаться в себе, тебе стоило не отдалятся от людей, а попытаться подружится с кем-нибудь еще. Узнать, почему все так произошло, быть общительной, и бороться за себя. Как мог кто-то беспокоиться, если никто только о тебе ничего и не знал? Ты была нелюдима и пряталась здесь. Наверное, решили, что узнав правду, просто покинула академию вот и все.
— Возможно, эти слова правильны, но как мне проверить, что вы говорите правду? — все еще не до конца верила девушка.
— Открой грань, выйди вместе с нами и посмотри своими глазами, какой теперь мир.
Девушка кивнула.
— Потушите Огонь, и подойдите к этой стене я открою дверь, выход как раз здесь. Обещаю, не трону вас.
Мы доверились этой девушки, чудовище питающееся энергией других и в тоже время несчастная душа. Мне было жаль ее.
