– Ну, вообще-то да, – отвечает Лэйси. – И вообще-то он классный. А ты вообще-то стерва. И я вообще-то ухожу. Спасибо тебе за то, что заставила меня последний месяц школы прожить в страхе, чувствуя себя полным дерьмом, и за то, что проявила всю свою стервозность, когда мы тебя нашли, чтобы убедиться, что у тебя все хорошо. Рада была пообщаться.
– О да, я тоже. Я бы разве без тебя узнала, насколько я жирная?
Лэйси встает и топает к выходу, рассыпающийся пол аж вибрирует. Бен встает и идет за ней. Я поворачиваюсь – поднимается и Радар.
– Я тебя никогда особо не знал до этих твоих загадок, – говорит он. – И загадки мне нравились больше, чем ты сама.
– Что за фигню он несет? – спрашивает меня Марго.
Радар не отвечает. Он уходит молча.
Мне, конечно, тоже следует пойти со всеми. Они же мне друзья куда больше, чем Марго. Но у меня есть к ней вопросы. Когда она встает и идет обратно к своей кабинке, я начинаю с самого очевидного:
– Ты чего ведешь себя как свинья?
Тут Марго резко разворачивается, хватает меня за майку и орет:
– А ты чего ждал? Вы же приперлись сюда совершенно без предупреждения!
– А как бы я тебя предупредил? Ты же как с лица земли исчезла!
Марго щурится, и я понимаю, что ей нечего на это ответить, поэтому продолжаю наезжать. Я жутко зол. За то… за… не знаю. За то, наверное, что она оказалась не той Марго, которую я ожидал встретить. Не той Марго, которую я себе нарисовал в последние недели – как я думал, правильно нарисовал.
– Я-то думал, что ты после той ночи ни с кем не выходишь на связь, потому что у тебя какая-то важная причина есть. И… вот она, твоя причина? Смоталась, чтобы бомжевать тут спокойно?
Она выпускает мою майку, отталкивает меня.
– Ну и кто после этого свинья? Только так и можно уходить. Для этого надо собрать всю себя и резко оторвать – как пластырь. А ты можешь продолжать быть собой, Лэйс может продолжать быть собой, пусть все продолжают быть собой, и я тоже.
– Да, вот только я не мог быть собой, потому что думал, что ты
Марго кричит на меня и снова вцепляется в мою футболку, стараясь дотянуться до лица.
– Чушь! Ты сюда ехал вовсе не для того, чтобы убедиться, в порядке ли я. Ты приехал, потому что хотел спасти бедняжку Марго от ее психоза, хотел, чтобы я по гроб жизни благодарила рыцаря в блестящих доспехах, чтобы разделась догола и умоляла тебя взять мое тело.
– Что за бред! – кричу я, потому что это действительно почти полный бред. – Ты ведь просто играла с нами? Ты хотела даже после своего отъезда остаться центром нашей вселенной, чтобы все мысли вертелись только вокруг тебя.
Марго продолжает орать, я даже не думал, что ее голос может быть таким громким.
– Кью, да ты даже не на меня злишься! Ты злишься на образ той Марго, что живет у тебя в голове с самого детства, и кроме него ты ничего не видишь!
Она хочет от меня отвернуться, но я хватаю ее за плечи, поворачиваю к себе и, все еще не отпуская, говорю:
– Ты вообще думала о том, как воспримут твое исчезновение? О Руфи? Обо мне, Лэйси, обо всех остальных, кому ты была небезразлична? Нет. Конечно же ты не думала. Потому что зачем думать о том, что происходит не с тобой! Да, Марго? Так?
Она больше не сопротивляется. Она горбится и идет к своему кабинету. Пинает стенки из оргстекла, те с грохотом падают на стол и кресло, а потом соскальзывают на пол.
– ЗАТКНИСЬ! ЗАТКНИСЬ, ПРИДУРОК!
– Хорошо, – соглашаюсь я. Почему-то то, что Марго вышла из себя, помогает мне успокоиться. Я начинаю говорить с ней, как моя мама. – Я заткнусь. Мы оба не в себе. А у меня к тебе еще куча вопросов.
Она садится в кресло, поставив ноги на стекло, которое только что было стеной. И смотрит в угол сарая. Между нами футов десять.
– Как, блин, вы меня вообще отыскали?
– Я думал, ты хотела, чтобы мы тебя нашли, – говорю я так тихо, что даже удивляюсь, что она услышала.
– Ничего подобного.
– «Песнь о себе», – отвечаю я. – Гатри вывел меня на Уитмена. Уитмен указал на дверь. Дверь – на торговый центр. Мы смогли прочесть закрашенную надпись на стене. Я про «бумажные города» не понял: это же могли быть и заброшенные микрорайоны, я подумал, что ты уехала в какой-то из них и не собираешься возвращаться. Боялся, что ты умерла там где-нибудь, покончила с собой, но по какой-то причине хотела, чтобы я тебя нашел. Я объехал кучу заброшенных поселений и строек – тебя искал. А потом сопоставил карту из сувенирной лавки с дырочками в стене. Стал читать эту поэму более внимательно и решил, что ты, наверное, не скитаешься, а просто где-то засела и планируешь что-то. Пишешь в своем блокнотике. Я нашел на карте Ээгло, увидел твой комментарий в Мультипедии, мы забили на вручение дипломов и примчались сюда.
Марго приглаживает волосы, но они теперь такие короткие, что лицо уже не закрывают.
– Дебильная стрижка, – говорит вдруг она. – Хотела сменить имидж, а получилось нелепо.
– Мне нравится, – отвечаю я. – Черты лица хорошо подчеркивает.
