— Кажется, в заключении отмечено, что я закрыл заседание комиссии в десять минут шестого.
— Вы могли бы узнать много интересного за те три часа, что провели на койках. Раз вы не предложили ничего вразумительного, я беру расследование на себя, как и обещал. Если я открою тайну исчезновения клубники, а я в этом не сомневаюсь, члены комиссии будут наказаны за то, что заставили командира выполнять их работу… Уиттекера ко мне!
Вслед за буфетчиком в каюте капитана побывали и вестовые. Вилли, дежуривший по кораблю, все утро наблюдал за этой скорбной процессией. В десять часов его отвлекло от клубничного кризиса появление двух новых энсинов, Фаррингтона и Воулза, прибывших с берега на десантном катере. Разглядывая рекрутов, ожидающих на шканцах, пока матросы выгрузят из катера их вещи, Вилли решил, что Фаррингтон ему нравится, а Воулз — нет. Последний отличался круглыми плечами, зеленоватым цветом кожи и пронзительным голосом. Выглядел он старше Фаррингтона, словно сошедшего с рекламы сигарет, розовощекого, симпатичного, синеглазого. Усталость от долгого путешествия и иронический взгляд оживляли его лицо. Вилли пришлось по душе его мятая серая рубашка и озорная улыбка. Рубашка Воулза, наоборот, от крахмала стояла колом.
— Постойте здесь, господа, — попросил их Вилли и, подойдя к капитанской каюте, постучал.
— Что еще? — послышался раздраженный голос Квига.
Капитан сидел на вращающемся стуле, шарики перекатывались в его свисающей до пола руке. У перегородки стоял негр Расселас, заложив руки за спину, испуганно улыбаясь, пот капал с его носа.
— Извините, сэр. Прибыли Воулз и Фаррингтон.
— Кто?
— Новые офицеры, сэр.
— Хорошо. Давно пора. Ладно. Сейчас у меня нет для них времени. Пошли их к Марику. Пусть найдет им койки и все такое.
— Есть, сэр, — поворачиваясь, Вилли встретился взглядом с Расселасом. Тот смотрел на него глазами теленка, которого тащили на веревке на бойню. Вилли пожал плечами и вышел.
В полдень капитан послал за Мариком.
— Значит так, Стив. — Квиг привалился к спинке кушетки. — Все идет, как я и предполагал. Вестовые говорят правду. Я знаю, как нужно говорить с этими черномазыми, научился, когда был казначеем кают-компании. Можешь вычеркнуть их из списка подозреваемых.
— Хорошо, сэр.
— Напугал их до смерти, скажу я тебе, но им от этого только польза, — капитан хохотнул. Допросы вестовых вернули ему хорошее настроение. — Мы можем быть уверены, что никто ключа у Уиттекера не брал. Он спит, не раздеваясь, а ключ приклепан к цепочке на его поясе. Спит он очень чутко, я это проверил, — Квиг торжествующе взглянул на старпома. — Это сужает круг вариантов, требующих проверки, так?
Марик уважительно ел глазами капитана, вытянувшись по стойке «смирно». Он решил не произносить ни слова без крайней на то надобности.
— Расскажу тебе коротенькую историю, Стив. Произошла она в мирные времена. Точно такая же кража имела место на эсминце «Барзун» в тридцать седьмом году, я служил там энсином и был казначеем кают-компании. У кока обнаружилась недостача пяти фунтов сыра. Его не оказалось в холодильнике, его не использовали в пищу, не резали на сэндвичи. Я это доказал. Сыр просто исчез, как наша клубника. Ну, старпом махнул на это рукой. «Забудь об этом, Квиг», — посоветовал он мне, но ты знаешь, что упрямства мне не занимать. Тщательным дознанием и подкупом мне удалось выяснить, что матрос по фамилии Вагнер, толстобрюхий лентяй, ничтожество, как-то ночью сделал восковой слепок ключа кока, пока тот спал, изготовил дубликат и частенько наведывался на камбуз в предрассветные часы. Я заставил его признаться, и дисциплинарным судом Вагнера уволили с флота. А я получил рекомендательное письмо, которое помогло мне в продвижении по службе. В те годы получить очередное звание было куда сложнее, чем нынче… Вот так-то. Понятно?
Марик молча улыбнулся.
— Теперь мы должны выяснить, — продолжил Квиг, — кто из умников на «Кайне» изготовил дубликат ключа от морозильника кают-компании. Это не составит для нас труда.
— Вы предполагаете, что все произошло именно так? — после долгой паузы спросил Марик.
— Я ничего не предполагаю, — сердито рявкнул капитан. — Предположениям нет места на флоте! Я знаю, что кто-то сделал дубликат ключа. Остальные версии мы исключили, не так ли? Или вы другого мнения? Клубника, по-вашему, испарилась?
— Ну, не знаю, что и думать…
— Черт побери, Стив, морской офицер обязан рассуждать логично. Я уже потратил немало сил, чтобы доказать вам, что другого решения просто нет, — и капитан вновь изложил Марику всю логическую цепочку. — Вы меня понимаете, Стив?
— Да, сэр.
— Ну и слава Богу. Ладно… Теперь наш следующий ход. Всех матросов отправить по кубрикам. Пусть каждый напишет, что он делал с одиннадцати вечера вчерашнего дня до трех утра, и назовет двух человек, которые могут подтвердить его показания. А потом, когда они будут отдавать показания, пусть поклянутся, что все написанное — правда. Все заявления к 17.00 должны лежать у меня на столе.
Постучал и вошел Урбан с исписанным карандашом бланком депеши.
