- Алло, вулкан Везувий, ты что, заболел? Крис?! Оу! – Неожиданно Морган поднял голову и схватил, ничего не ожидавшую девушку, он прижался щекой к ее груди, а руками крепко обхватил ее торс. От шока Алана выронила коробку. Сквозь одежду, девушка почувствовала, какой жар исходит от парня. – Грэм, балбес! У тебя температура! – она принялась лихорадочно ощупывать его голову. Так и есть, у Криса жар.
- А почему ты не кричишь, по поводу того что я тебя лапаю? – Все больше глаз стали поворачиваться в их сторону. Алана покраснела и попыталась вырваться, но не тут-то было. – Ммм… не отпущу. – Подтверждая это, он словно кот потерся об нее щекой.
- Да что же с тобой делать? Кто-нибудь, найдите старосту! – Крикнула она в толпу. – Вильяма Моргана найдите! – брата близнеца не пришлось долго ждать, кто-то все же привел его в столовую.
- Кретин. – Тихо выругался он. – У него вчера температура 39,3 была. Утром чуть легче стало, рванул в школу. Идиота кусок! – Вил, все же смог разъединить, крепкое сцепление между братом и Аланой, и поддерживая Кристиана, повел его в медпункт. Батлер хотела пойти за ними, но Юэкон ее удержала.
- Сходим, на следующей перемене. Сейчас надо пообедать и идти на урок. С ним все будет хорошо, скорее всего, Крис просто простыл. – Алана растерянно кивнула, и только сейчас заметила, что стала объектом пристального внимания старшеклассников. Она быстро повернулась к подруге, и поспешила погрузиться в разговор.
Как и планировалось, после урока девушки пошли навестить Грэма, но в медпункте его не оказалось. Фельдшер сказал, что парня увезли в больницу с подозрением на воспаление легких. В какую именно больницу, узнать не удалось.
- После занятий надо найти Вильяма. – Алана стукнула кулаком по ладони. – Юэкон, ты со мной?
- Оу, нет. Я же, тоже вроде как, «наказана». Мне надо быть дома вовремя.
- Послушай, - Батлер взяла подругу за руку - Если что-нибудь опять произойдет, позвони мне.
- Да, конечно – Милена устало улыбнулась, и Алана поняла, что, это «что-нибудь», происходило далеко не раз. Ее подруга уже давно, без всякой надежды на помощь, погрязла в болоте, домашнего насилия и лжи. Мать променяла ее на мужчину, болезненная любовь к которому не дает ей увидеть о правду. Или она просто не хочет её видеть, ложь ее вполне устраивает, даже если от этого страдает родная дочь.
Алана еле успела застать Вильяма, он уже стоял в гардеробе и застегивал пальто.
- Вил! – она бросилась к нему, и это привлекло внимание нескольких человек. – Ты сейчас к Крису идешь? Можно я с тобой?
- О… Ок, только подождем девчонок.
- Кто-то еще?
- Рахиль и Нина.
- Э… Ладно.
- Что за лицо? – Морган улыбнулся – Ты ревнуешь?
- Нет. – Выпалила Алана, слишком быстро.
- Да.
- Нет.
- А почему тогда покраснела? – девушка судорожно ощупала щеку.
- Попалась.
- А если и так? – Алана опустила голову, тон ее стал спокойным, а руки сжались в кулаки.
- Тогда я рад. – Парень похлопал ее по плечу. На завтра, после этого разговора по школе пошел шепоток, о том, что Алана Батлер, мутит романы с обоими братьями Морган.
Дорога до больницы заняла не более пятнадцати минут, на автобусе. Весь путь до госпиталя, Алане не давал покоя один звук, цокот металлической набойки, на каблуке. Нина Максимов, и как давно ты влюблена в Грэма?
========== Глава 15. Жаропонижающее ==========
Больничные коридоры были наполнены звуками: шаркающая обувь, беспрестанно хлопающие двери и голоса людей. То тут, то там, можно было услышать разговоры пациентов, на все лады жалующихся на свои многочисленные болячки, и жаждущих заполучит как можно больше сочувствия. Каждый из них считал себя наиболее достойным, для того что бы получить звание «самый страдающий пациент», ведь его диабет, невралгия, пневмония, острый холецистит, панкреатит, артрит, хронический гайморит (нужное подчеркнуть), это так мучительно. Практически каждый поддавался этому негласному правилу, и представлял из себя жертву некачественной медицины. Хотя как, по мнению Грэма, многих проблем можно было бы избежать, позаботившись о своем здоровье заранее. Жаль, большинство людей слишком ленивы для этого.
Сжимая и разжимая кулак, парень смотрел, как медленно стекает препарат, по прозрачным трубкам капельницы. Его раздражала мысль, что придется провести несколько дней в больничной палате. И еще, темное покрывало из воспоминаний, застилало разум, он гнал от себя эти мысли, но им невозможно было противостоять, и чем настырнее они были, тем сильнее сжималась его ладонь, тем судорожнее становились движения. Напряжение нарастало, и даже монотонная болтовня деда, на соседней койке, была уже не слышна. Прошлое тонкой ниточкой обвилось вокруг его сердца, и стянуло мертвой петлей. В один момент он лишился самого дорогого, того что так долго не ценил. Сейчас Грэм лежал, прижатый к постели, той же самой болезнью, что забрала жизнь его матери.
