— Получилось, — фыркнув, подбоченилась Дебора. — Значит, так. Я не знаю, как тебе взбрело в голову предать память отца и стать подстилкой для этого монстра. Не знаю и знать не хочу! Только завтра, чтобы духу твоего здесь не было. Соберешься и поедешь с ним в его проклятый Нирфор, королевский замок или куда там… да хоть к самой Нокте!
Поняв, что слишком разошлась, она оглянулась на дверь. К счастью, голоса во дворе стихли: похоже, Генри с магами уехал.
— Выгоняете? — горько усмехнулась Ирен.
— А что мне делать? В погребе тебя прятать? За мешком с картошкой? — сложив руки на груди, Дебора строго посмотрела сверху-вниз. — Он — твой жених. А мужик — он и есть мужик, с короной или нет. Доведешь — мы все здесь бедные будем! Думаешь, я своего обалдуя прям так сильно люблю?
Она махнула рукой в сторону двери, за которой остался Пит.
У Ирен в горле застрял комок. На глаза навернулись слезы. Она часто заморгала, стараясь сдержаться.
— Значит, не разбираясь, отправляете меня к врагу? — с обидой спросила Ирен.
От этого упрека Дебора, еще мгновение назад грозная и уверенная, подавленно ссутулилась. Она опустила голову, а глаза прищурились, как на холодном ветру. Пальцы в бессильной злобе скомкали передник.
— Иначе нам всем конец, — голос зазвучал глухо и обреченно. — Мне, Питу, детям… и тебе тоже. А может, и всей деревне.
«Боится за них точно так же, как и я», — поняла Ирен.
Осторожный шаг вперед — и она мягко накрыла ладонь Деборы своей. А та порывисто прижала к себе, как ребенка. Ирен зажмурилась от аромата выпечки и свежего сена — запаха деревни и детства.
— Храни тебя Солис, девочка, — сдавленно прошептала Дебора.
Генри вернулся рано утром. Его маги остались за двором, готовые в любой момент погнать коней в сторону Нирфора. Напоследок Ирен собралась обнять Томаса и Кэти. Та снова закашлялась: магия перестала действовать.
— Собери детей. Они поедут с нами, — как обычной служанке, сухо приказал Генри Ирен.
Она испуганно повернулась к нему. Вспомнились его угрозы на эмоциях.
— Генри… — все слова выветрились из головы.
Ирен подошла ближе. Она потянулась к его руке, но он резко отвернулся. Запрыгнув в седло, Генри холодно бросил:
— Девочке нужен целитель. Поопытнее тебя.
В день свадьбы Ирен подняли до рассвета. Вокруг засуетились служанки, помогая одеться. После Дженни занялась волосами, а другие две девушки поднесли букеты. Один — кремовые розы, другой — незнакомые белые цветы, остролистые и аккуратные.
Теряясь, Ирен взяла второй. Его уже обернули в золотистый кружевной фатин, идеально подошедший к платью. Оно заставило почувствовать себя куклой, дорогой и очень хрупкой.
Верх был расшит золотыми нитями: от выреза, красиво подчеркивающего линию плеч, и до самого низа тугого корсета. Такая же вышивка шла по низу пышной белой юбки, напоминая язычки пламени. Особенно, когда свет играл на ткани, и она ярко сверкала сотнями искр.
Ирен коснулась золотого колье с жемчугом, которое идеально прилегло к шее. Вчера Генри передал его через служанку. Даже не зашел лично.
— Как хорошо, что Его Величество решил проводить церемонию в замке! — воодушевленно сказала Дженни.
Она закрепила очередной локон шпилькой с жемчужиной на конце.
— Наверно, — Ирен неопределенно повела плечами. — Обычно все венчаются в солнцедоме.
— Но в храм не могут войти дети Нокты. А многие из нечисти придут вас поздравить. Так все будут наравне, — улыбнулась Дженни.
Она опустила взгляд, слегка покраснев. Ирен легко догадалась, о ком именно закрутились мысли в этой белокурой голове.
Дебора и Пит сразу предупредили, что их не будет.
«Мы — люди простые, всяким этикетам не ученные, нечего нам тебя среди господ позорить», — сказала она, отводя взгляд.
Ирен не поверила, но настаивать не стала.
В итоге, получилось, что к жениху ее вести некому. Решить проблему вызвался Эдгар.
Он появился на пороге, как только Дженни закончила с прической. Каштановые локоны Ирен оказались уложены в аккуратный воздушный пучок. С него на спину спала невесомая ткань фаты, по краю украшенная тонким золотым кружевом.
— Будущая королева готова? — Эдгар слегка поклонился.
Он надел праздничный темно-бордовый камзол, который подчеркнул цвет глаз. Пышный белоснежный воротник рубашки, черная лента на аккуратно собранных волосах — типичный придворный франт.
— Прекрати, — усмехнулась Ирен, напоследок глянув в зеркало.
Встав, она расправила складки платья. Служанки поспешно расступились. Стало немного не по себе от того, как они чинно сложили руки и почтительно потупились.
Ирен захватила букет. Эдгар подставил локоть, и она взяла под руку. Выйдя в коридор, они направились к лестнице. От волнения Ирен поторопилась и едва не споткнулась о пышную юбку.
Эдгар аккуратно придержал под локоть. На губах появилась улыбка, приоткрывшая клыки.
— Не спеши. Помнишь, что говорил учитель танцев?
«Кроме ругательств под нос, когда я путала менуэты и пируэты?» — про себя фыркнула Ирен.
