Услышав это, Бунтаро побледнел от злости. Он стиснул зубы и низким голосом проговорил:
- Я не могу поверить в то, что моя жена способна на такую подлость.
- Но это правда. Если Марико бросила тебя ради англичанина, значит, ты ей не нужен. Зачем тебе такая жена? Разведись с ней, убей, выгони из дому. Она же ведь испортила тебе жизнь.
Бунтаро ничего не сказал. Он молча встал и вышел на веранду. Игури последовал за ним и, положив руку ему на плечо, сказал:
- Извини, я просто хочу помочь тебе.
- Мне не надо помогать. Я сам разберусь со своей женой, - после этих слов он резко повернулся и ушел в сад.
Вечером вернулась Марико. Она зашла к себе в комнату и увидела Бунтаро, стоявшего у окна. Он грустно смотрел на луну, на звезды и, можно было было подумать, будто он не замечает присутствия своей жены. Вдруг женщина услышала голос своего супруга, который все еще стоял лицом к окну:
- Марико-сан, я не хочу терять вас, потому что моя любовь к вам не знает границы. Вы тоже должны любить меня, не так ли?
- Господин, я не могу любить вас, потому как я не достойна вас. Вы должны жить и любить достойную женщину, а не такую опозоренную особу как я.
- Вы больше не принадлежите к роду Акечи. Вы принадлежите мне и носите мою фамилию. Разве не так?
- Да, вы правы, господин. Но я-то знаю, как вам тяжело со мной.
- Но еще тяжелее без вас, - Бунтаро подошел к Марико и сказал, - вы не представляете, как мне плохо, когда вы находитесь вдалеке от меня. Я ни на минуту не перестаю думать о вас, Марико-сан.
- Господин, пожалуйста, убейте меня! Я больше не хочу приносить вам страдания, - она бессильно упала на татами и заплакала.
Бунтаро хотел было поднять ее, но она ответила:
- Уходите, господин, дайте мне минутку покоя, ибо моя жизнь не имеет никакого значения.
Всю ночь Бунтаро не мог сомкнуть глаз, обдумывая все слова, сказанные Марико. Ему вдруг так стало жаль и ее, и себя, что он не смог сдержать слез. За последнее время Марико совсем отдалилась от него, а после прибытия английского судна и вовсе перестала его замечать.
«Нет, - думал Бунтаро, - она стала такой совсем не потому что опозорена и хочет умереть. Марико полюбила другого человека. Если они любовники, то мне придется убить и его, и ее, и нашего сына и… себя. О Будда, как же мне тяжело жить на этом свете!»
На следующий день Бунтаро попросил уединения к Шэдэо, чтобы поговорить о Марико.
- Что случилось? Спросил Шэдэо, поглаживая свою бороду.
- Господин…я не знаю, с чего начать…
- Начните с самого главного.
- Понимаете…. Когда прибыли англичане на нашу землю и Марико стала переводчицей их языка, я заметил, что моя супруга сильно изменилась. Раньше она хоть немного, но уделяла мне время, а сейчас я почти не вижу ее. Вчера я пытался поговорить с ней, но она прогнала меня.
- Вы хотите сказать, что она решила вас бросить?
- Нет, не то чтобы бросить… Игури рассказал мне, что видел однажды мою жену в объятиях одного из варваров. Он сказал, что они в своем разговоре высмеивали меня, а затем стали признаваться друг другу в любви, - сказав это. Бунтаро закрыл лицо руками и заплакал, - я знал, что она когда-нибудь изменит мне.
Шэдэо некоторое время молча наблюдал за ним, а затем спокойным голосом ответил:
- Не переживайте, вы еще молодой человек, у вас есть шанс что-то изменить.
Бунтаро поднял красные от слез глаза и проговорил:
- Господин, у меня нет больше шанса. Если бы я мог что-то изменить, я бы уже все сделал для этого. Но Марико не любит меня, и я не в силах что-то поменять.
- Бунтаро-сан, идите домой, отдохните и успокойтесь, а затем прийдите ко мне вместе с вашей женой.
- Да, господин, как вам будет угодно, - мужчина поклонился и вышел.
Когда Бунтаро оказался на улице, то увидел Марико и Джека. Они вели о чем-то беседу, иногда смеялись и, казалось, что они совсем не замечают присутствия третьего человека. Бунтаро крупными шагами подошел к ним и, злобно взглянув на Джека, сказал:
- Марико-сан, господин Шэдэо просил, чтобы вы и я зашли к нему сегодня вечером.
- Да, господин, - она склонила голову и больше ничего не сказала.
Бунтаро снова перевел взгляд на Джека и почувствовал острую боль в груди. Еще никогда ему не было так обидно и горько, как сейчас. Он мог бы понять Марико, если бы она полюбила другого японца, но чужеземца… Что она нашла в нем, в этом рыжеволосом, голубоглазом варваре, который никогда не бреется и не моется? Но придерживаясь порядка, Бунтаро поборол свою злость и небрежно поклонился Джеку. Тот, в свою очередь, низко склонил глову, предчувствуя опасного соперника. «Да, с этим нужно быть осторожнее», - мелькнуло у него в голове.
XI глава
Стемнело. Дул сильный ветер, да такой, что люди не могли ничем укрыться, чтобы согреться.
Пока Бунтаро и Марико ехали на лошадях к замку Шэдэо, оба так промерзли, что им было больно разогнуть пальцы рук. Бунтаро снял с себя накидку и передал ее своей жене, чтобы та могла укрыться от холода и ветра. Женщина не ожидала такого от своего мужа. Она искренне поблагодарила его и спросила:
- А как же вы? Неужели вам не холодно?