Покончив с водными процедурами, я вытерся и уставился на свое отражение в зеркале. На теле кроме шрамов не осталось следов пребывания в иной реальности, но в глазах как будто что-то было. Я не часто таращился в собственные глаза и не знал наверняка, какими они были прежде. С тех пор они уже не мало насмотрелись и даже видели смерть…, возможно не настоящую, но очень мучительную. Такие события наверно оставляют какой-то след на внешности, помимо шрамов. Коснувшись собственного лица, я попытался разглядеть в глазах другого человека, того, кто бродил здесь, пока я пребывал в фэнтезийном средневековье. Еще я пытался разглядеть признаки шизофрении, хотя физически она себя обычно не проявляла. Я чувствовал острую необходимость поговорить с кем-то из моего мира, создать видимость, что я вернулся и все уже позади. Мне казалось, что это может исцелить меня, если я все же болен или хотя бы позволит на время забыть о пережитом.
Я вернулся в комнату, не спеша оделся и только теперь вспомнил о еще одной записке, которую забыл сжечь. На столе она лежала чуть в стороне и формально не принадлежала руке Санрайз. В ней были только номер телефона и имя «Таня». Я взял страничку, вырванную из блокнота и вместе с ней сел на диван, прихватив телефон. Прогулявшись в моем теле, Санрайз успела удивить девушку Таню не вполне адекватным поведением, но и я сам в прошлый раз довольно неуклюже прервал разговор с незнакомкой. Размышляя над этим, я долго не мог решиться позвонить ей снова, но гнетущая тишина и одиночество заставили меня включить телефон и набрать номер. С возрастающим волнением я слушал гудки, в тайне надеясь, что никто не ответит. В конце концов, Таня вполне могла решить, что ей повстречался неадекватный тип и заблокировать мой номер, но…
– «Да?».
– Эмм… привет, – С трудом выдавил я, едва не нажав отбой.
– «Привет. Это кто?».
Что ж, похоже, я был не настолько странным, чтобы отложиться у нее в памяти, уже не плохо.
– Это Дима. Мы познакомились в кафе, недавно.
Насчет «недавно» я внезапно засомневался и посмотрел в окно, задумавшись над тем, по каким правилам теперь работает время в моем мире.
– «Ааа…, внезапно пропадающий парень!».
Голос девушки был полон задорного веселья, которое внезапно передалось и мне:
– Да, прости…, я…, было срочное дело.
– «А сейчас свободен или опять неожиданно исчезнешь?».
– Сейчас да…, то есть, я пока свободен.
Как же не привычно было слышать голос человека из моего мира! Это было совсем не то же, что с Пикселем или Андреем, потому что они, как и я вляпались в мир Бурана, Тайги и Асмодея и теперь, как и я принадлежали двум мирам сразу.
– «И чего звонишь?».
Я задумался, толком не представляя, что ответить Тане. Едва ли она ожидает, что я признаюсь в собственных душевных терзаниях, которые подвигли меня на этот звонок. Но другую причину я придумать не успел.
– «Эй, ты еще тут или снова пропал?»
– Я тут. Просто захотелось пообщаться с кем-то…, – Я едва не ляпнул «реальным», но удержал слово на языке.
– «А «кого-то» нету рядом?»
Вздохнув, я оглянулся вокруг, будто искал более подходящего собеседника и покачал головой:
– Нет, я один.
Дурацкий выходил разговор, но он меня будто заземлял, и я словно возвращался в свой мир по-настоящему.
– «Сидишь в своей келье?» – Хихикнув, спросила Таня.
Жаль, что Санрайз не расписала предмет разговора с этой девушкой подробнее, я бы наверно так не тупил.
– Вроде того, – Вздохнул я, – Слушай, а ты слышала про игру «Буран, Тайга и Асмодей»?
Я сам не ожидал от себя этого вопроса, но в тайне надеялся найти ответы на вопросы, мучавшие меня. Хоть какое-то подтверждение того, что я в здравом уме и события, имевшие место, происходили не только со мной. Я даже вообразил, что по городу могут слоняться и другие игроки, которые просто боятся загреметь в дурку, признавшись в том, что путешествуют между мирами.
– «Я не любитель игр и тебе не советую залипать в них, глядишь, кто-то рядом появится и скрасит одиночество», – Голос Тани оставался легким и веселым.
В прошлом я бы непременно захотел познакомиться с ней поближе и даже теперь поймал себя на мысли, что был бы рад оказаться в ее компании. Вероятно, из-за гнетущего чувства одиночества, которое словно заполняло пустую квартиру после того, как я избавился от писем Санрайз. Я настолько привык к нашим разговорам, пусть даже на бумаге, что не мог компенсировать их общением с друзьями. Я словно расстался с любимым человеком, хотя на самом деле только репетировал расставание. Эту пустоту хотелось чем-то заполнить, именно поэтому я решился позвонить девушке Тане. Не для того, чтобы ощутить реальность, как мне казалось раньше, не для того, чтобы затащить незнакомку в постель, а только затем, чтобы унять тоску по Санрайз…
– «Я не люблю парней, которых не вытащить из игры».
От внезапного откровения Тани по мне пробежала дрожь, вернув меня к действительности. Едва ли она могла знать, насколько глубоко я погряз в игре, но двусмысленность ее слов насторожила меня.
– Да…, понимаю.