Мне бы хотелось убедить Таню, что я не из таких, но врать не хотелось, а правда была куда более скверной, чем она могла себе вообразить.
– Значит, не слышала про эту игру?
– «Нет».
Конечно не все обязаны были знать о новинке сезона среди игр, но мне отчего-то думалось, что не только Таня впервые услышала это название. Разумеется, идти на улицу и расспрашивать прохожих я не планировал, но надеялся отыскать хоть какое-то подтверждение тому, что эта игра существует не только в моей голове.
– Мне кажется, я застрял в ней…
– «Где застрял?».
Не знаю, что на меня нашло, но я, не удержавшись, произнес:
– В игре.
Какое-то время Таня молчала, и когда я уже решил, что общение с явным неадекватом ей приелось, она ответила:
– «Не думала, что вам в монастыре позволяют играть. Мне казалось, вы только поститесь и молитесь».
Наверно стоило, но я, вздохнув, признался:
– Я не в монастыре…
– «Ааа, я кажется поняла. Ты из тех парней, которые уходят в монахи, чтобы лечиться от зависимости?».
Бл…ть! Мне определенно стоило написать Санрайз нашу общую легенду для подобных случаев, но я с некоторым сожалением вспомнил о том, что не планировал ей сейчас писать.
– «Надеюсь, ты не алкаш или наркоман?».
– Нет…, послушай, – Я устало потер переносицу, пытаясь сообразить, как продолжить разговор и стоит ли вообще.
Я будто впервые решил заговорить с человеком, и на меня внезапно накатило смущение, которое должно было остаться где-то в далеком детстве. Не придумав ничего лучше, я повторил:
– Я просто застрял в игре.
Таня помолчала, видимо оценивая мою искренность и вероятность того, что я все-таки наркоман на трудотерапии.
– «Ладно…, значит у тебя типа игровая зависимость?»
Взглянув на разбитый монитор, я пожал плечами, выдохнув:
– Типа того.
А еще у меня зависимость от игрового персонажа и, вероятно, множество психических отклонений.
– «Тогда выруби комп и сходи прогуляться. Проветри мозги…»
Если бы все было так просто… Наверно стоило признаться, что кроме «зависимости» у меня еще и проблемы с законом, но на этом наш разговор, скорее всего, тут же прервется, и я снова окажусь в пугающей тишине пустой квартиры.
– «Сейчас я занята, но через полчаса освобожусь и не откажусь от еще одного вензеля с капучино» – Внезапно намекнула Таня.
Раньше я был бы счастлив, получив подобное приглашение от девушки, но при нынешних обстоятельствах…, кроме того, я внезапно осознал, что даже не видел Таню. Блин, Санрайз вполне могла стрельнуть телефончик у какой-нибудь страш…, своеобразной девушки. Перед глазами тут же возникли жуткие образы внушительной весовой категории; косоглазые и кособокие горбуны… Ясное дело, что Санрайз на подобное было плевать, у нее были другие заботы, как, впрочем, и у меня… Я бы мог попросить Таню выслать фото, заодно проверив, смогу ли его получить, но это не решало других проблем, из-за которых я не мог выйти из дома, к тому же просьба будет весьма странной, учитывая, что мы вроде как встречались. Черт, может я бы мог пригласить ее в гости?! У меня безлимитная шарлотка, чай и кофе… Дурацкая идея! Несмотря на то, что я дико устал от одиночества…, в любой момент я мог поменяться с Санрайз местами и ни к чему хорошему это не приведет. Да и какая девушка в здравом уме придет домой к едва знакомому сомнительному парню? И все же я не решился просто так отшить единственного человека, с которым мог общаться и который не был связан с игрой.
– Хорошо…, мы можем созвониться через полчаса.
К этому моменту я мог еще подумать над предложением Тани, если не улечу в игру…, а если улечу, то думать придется над вещами поважнее потенциального свидания.
– «Договорились. Созвонимся».
– Созвонимся, – Эхом отозвался я и положил трубку.
Какое-то время я смотрел на телефон отрешенным взглядом. В голове было невыразительно пусто, но потом внезапно накатил какой-то стыд. Я только что сжег переписку с Санрайз, а теперь как будто изменял ей, хотя ничего подобного в мои планы не входило, даже если бы я решился встретиться с Таней. Я хотел просто на время выйти из игры не только «физически» но и ментально, но теперь почувствовал себя каким-то предателем и… трусом. После ритуала Салима я уже сделал свой выбор: между обыденной реальностью здорового человека и фантасмагорией сумасшедших приключений я выбрал последнее, но теперь, почти в конце избранного пути, будто снова испугался потерять то, что обрел…