Гвалт поднялся снова. Люди пытались понять, где оказались. К герцогу примчались гвардейцы, ожидая указаний, но он не мог им ответить. Я замерла словно обессилевшая статуя. Друзья с опаской посматривали на меня словно на одного из мертвецов, который вот-вот оживет и бросится на них.
– Пиз…ц, мы опять не туда прилетели? – Всплеснул руками Андрей, озираясь по сторонам.
– Нет, все верно, – Ответил Слидгарт, – Стены Мисталира должны быть вон за той рощей.
Да, все верно. Салим доставил нас куда я просила. И он должен прийти за мной.
Герцог взялся успокаивать людей, хотя выходило у него не важно, поскольку он не знал их языка. Только когда знакомые с общей речью начали переводить остальным, дело пошло лучше. Я не участвовала в разговоре, стояла в стороне, метая взгляды по округе, надеясь увидеть Салима едва он окажется поблизости. Мои друзья учтиво держались от меня подальше, обсуждая что-то свое. Только Дарлис поглядывал на меня и похоже пытался кратко рассказать о наших приключениях в оазисе. Прежде, окруженные монстрами, жители оазиса сдерживались, теперь же, оказавшись в безопасности принялись роптать на Салима и на свою судьбу. Растерянность и обида сменились во мне яростью. Я хотела прирезать каждого из этих глупцов, ради которых Салим рисковал жизнью, но заставила себя подавить гнев. Я не могла отнять то, что Салим так отчаянно пытался спасти. Я была обижена и зла на него, но понимала, что он не мог поступить иначе. И со мной он поступил так, как должен был. Он обещал отправиться за мной, и он сдержит обещание. Порталы нам больше не нужны, значит, он не будет тратить силы на них. Он наверняка может переместиться в башню, а потом вернется ко мне. Я видела, что не только он слабел от бесконечного использования магии. Проекция Амерона тоже не могла возвращаться постоянно без последствий. Салим справится с некромантом и вернется ко мне. Да, так и будет!
Я утерла слезы и уже повернулась к своим друзьям, как перед глазами возник знакомый туман. По моему телу тут же пробежал волной ужас, который на мгновение заставил меня забыть о Салиме. Если этот туман все еще преследует меня, значит Дима никуда не делся? Несмотря на то что мир вокруг снова замедлился, мое сердце, казалось, колотилось с неудержимой скоростью, будто вот-вот выскочит из груди. Кроваво красные буквы снова предлагали сохраниться, но волна страха чуть отступила, и я снова увидела перед глазами изможденного Салима, яростное лицо Амерона, схватку, в которой Салим мог не выжить.
– Нет!
Это слово я произнесла вслух, отвергая смерть Салима и впервые отказываясь от предложения тумана. Даже если мне суждено вернуться в момент, предшествующий ритуалу, я не позволю Салиму погибнуть!
Эльфы Мисталира были куда дружелюбней кельмориев, в их городе даже был целый район, занимаемый людьми. Конечно, исключительно для облегчения торговли и за пределы этого района людям выходить не рекомендовалось. По сути люди, поселившиеся в Мисталире, работали на эльфов, а те в свою очередь великодушно делились с ними своими благами и покровительством. Но даже на подобное дружелюбие мы особо не рассчитывали после того, что произошло в Кельморне. Возможно, мисталирцы и не продались Амерону, не заключали тайного союза с Давиларом, тем не менее, они вполне могли воспылать жаждой мести, а чтобы разбить наш измотанный отряд, который остался от армии Кеола и Серебряной гвардии эльфам не потребуется много усилий.
Именно об этом говорили герцог с Пикселем. Из всего командного состава, который покинул Агрин, остались только мы втроем, но сейчас я всячески избегала необходимости что-либо решать или обсуждать. Вероятно решив, что мне нужно время, чтобы прийти в себя, ко мне особо не лезли.