– Миледи, я всецело разделяю ваше желание вернуть малыша Элана, но вам нужно окрепнуть. Кроме того, после этого нападения у меня не достаточно рыцарей, чтобы организовать поиски…
– Я уже окрепла и рыцари мне не нужны.
– Ты ведь не собираешься одна искать Элана, – скорее утвердительно, чем вопросительно произнесла Элидрис.
Вероятно, она подозревала, что Санрайз втянет в свою затею элидримов, что явно расходилось с планами самой эльфийки. В этот момент я выступил вперед, и глянув на Андрея, объявил решение, которое приняли мы с Дарлисом:
– Мы поедем с Санрайз.
Меркрист нахмурился, поджав губы, явно озадаченный нашим решением, Элидрис только чуть дернула уголком губ, явно предвидя такой поворот событий, как впрочем и Вероника, которая тут же буркнула:
– Кто бы сомневался!
Но ее комментарий меня не задел, потому что в этот момент я поймал благодарный взгляд Санрайз, окончательно убедивший меня, что мое решение верное.
Хотя Элидрис предсказуемо усомнилась в нем, напомнив:
– А как же король Слидгарт? Он ждет нас в Дансетере.
– Он ждет вашу армию, а не нас двоих, – ответил я, бросив взгляд на Игоря.
– То есть вы втроем собираетесь искать армию Саргоса? – недоверчиво спросил Андрей.
– Мы должны найти Элана и как только справимся, снова встретимся, – ответил Дарлис, изобразив непринужденную улыбку.
Хотя мы не могли быть в этом уверены. Я не хотел расставаться с Андреем и в тайне надеялся, что он отправится с нами, но как я не мог оставить Санрайз, так он не мог бросить Элидрис, а она явно намеривалась выполнить свое обещание и прийти на помощь Слидгарту. Кроме того, я и сам считал, что элидримам лучше отправиться в Дансетер и помочь королю отбиться от северян, которые в противном случае могут наводнить Орлинг нежитью. В итоге мы оказались в тупике, который требовал расстаться. Я боялся, что Андрей может погибнуть где-то далеко и я даже не узнаю об этом, но решительно гнал от себя эти мысли, убеждая себя, что он три года прожил здесь и с ним эльфийская армия во главе с умной женой эльфийкой. Кроме того, если они доберутся до Слидгарта, то к ним присоединится королевская армия Орлинга. С таким окружением Андрею вряд ли будет угрожать опасность. Чего не скажешь про нас…
– Но миледи, помилуйте, даже если настигнете похитителей, как вы втроем намерены управиться с ними?! – застонал Бранкель.
– Наиболее жестоким образом! – не моргнув, ответила Санрайз.
– Ну бл…ть конечно! – неожиданно взорвалась Вероника, залпом осушив бокал и брякнув его на стол, – Сперва забили на Джеймса, потом потеряли Пикселя, а теперь просто разбежимся по этому сраному миру и все ради бота!
Ее глаза впились в меня сверкнув прежним презрительным исполненным злости огнем и она ядовитым тоном спросила:
– Нах…я мы тогда вообще сюда возвращались?! Ради твоей возлюбленной?!
Я ощутил, как взгляды всех присутствующих обратились ко мне и меня тут же бросило в жар. Вероника уже обличала мои чувства к Санрайз перед другими и я полагал, что подобное мне уже не страшно, но тогда рядом не было ботов, которые пытались понять, что происходит и… самой Санрайз. Я поймал на себе ее взгляд, заметил тень смущения в ее глазах и понял, что мне совершенно плевать на слова Вероники. В этот момент, когда наши глаза встретились, я был готов признаться перед друзьями, Бранкелем и Терсиольдом в своих чувствах, в своем решении остаться здесь! Я был готов объявить во всеуслышание: «Да! Все ради нее! Я готов весь чертов мир обменять на Санрайз!», но Вероника не дала мне такой возможности и возможно к лучшему. Будто прочтя по обыкновению мои мысли, она пронзила меня пытливым взглядом, присовокупив к своему вопросу еще один, на который я уже не мог ответить так легко:
– Ради нее пропал Джеймс и погиб Пиксель?!
– Джеймс? – пискнул в повисшей тишине Бранкель, но ему никто не ответил.
Все смотрели на меня, будто снова, как в прежние времена ждали от меня решения всех проблем и я, бросив взгляд на Андрея, единственного посвященного в мои планы, решил:
– Я еду с Санрайз искать Элана, а ты, если хочешь, можешь искать Джеймса.
Несмотря на то, что я вернулся в этот мир ради Санрайз, что бы не думала Вероника, это была не единственная причина, но теперь я знал, что Андрей, как и я, возвращаться домой не планирует, а Пиксель… возможно уже никогда не вернется. У Джеймса были свои мотивы вернуться в игру, как и у бежавшей от прошлого Вероники. В итоге теперь у меня не осталось явных причин рваться домой и нести ответственность за медальоны и поиски выхода я больше не буду!
Вероника пыталась прожечь меня взглядом, но я его выдержал, ощущая удивительное спокойствие в душе, как будто я сбросил тяжкий груз с плеч и наконец-то вернулся в свой настоящий дом!
– Милорд Джеймс жив? – снова рискнул нарушить напряженную тишину Бранкель.