У него сейчас глаза на лоб вылезут. Что же я несу? Лучше бы он что-нибудь спрашивал. Он и спросил, когда дар речи вернулся:
- Ты что, так ни разу и?..
- Нет.
- Ради Мерлина, почему?
Какое ему дело! Старый извращенец! О черт!
- Она меня послала… Да не очень-то и хотелось.
Теперь он откровенно смеялся.
- Айс меня убьет, - всхлипнул я.
Вот и все.
- Ты замерз?
- Да. Очень.
Мне потребовалось несколько секунд, чтобы сообразить, к чему он это спросил. За последние тридцать лет я ни разу не задумывался над значением слова «ice».
Навалилось тяжелое разочарование. Я хотел, чтобы все это закончилось. Как угодно.
- Не мучайте меня... пожалуйста...
Звучало не убедительно. Глупое хихиканье сменялось приступами хохота и наоборот, не прекращаясь ни на миг.
- Прекрати, - сказал он устало.
Если бы я мог...
- Не могу-у...
Он вздохнул, и на меня обрушились две оглушительные пощечины. Я закрыл лицо руками и зарыдал, отрешенно думая о том, как сказочно нам с Айсом повезло, что Лорд никогда раньше не видел моих истерик. И еще о том, что если Айс когда-нибудь узнает, что здесь произошло, - мне не жить.
- А ты, оказывается, не только мерзавец, убийца и отравитель, ты еще и истеричка, - радостно сообщил Шеф через какое-то время. - Вот уж никак не ожидал. Повезло Кесу.
Я всхлипнул. Айс никогда меня не простит. Я сделал из него полного придурка, а он всегда так болезненно относился к своему имиджу.
Мне стало обидно. Я за него здесь отдуваюсь, а он мне потом за это голову оторвет. Делаю что могу. Я же не обиделся, когда он целовался с Нарси на Рождество. Издержки производства.
У меня оставалась одна капсула. Ее еще рано пить. Но она одна. Огромные часы висят над камином и громко тикают, как будто издеваясь надо мной.
Чуть больше часа, а потом... Лучше об этом не думать.
Что же я ему скажу? Ведь тогда он уже прекрасно сориентируется, какие вопросы надо мне задавать. С Айсом мы договаривались, что валим на отсутствующего, но в данном случае это довольно глупо. Можно сказать, что пошутили. Айс торопился и попросил меня его подменить... Но тогда Шеф мгновенно выяснит, что первый раз мы так «подменились» на пятом курсе. А потом, конечно, спросит о цели подобного маскарада.
Какая тоска...
Мне даже уже не страшно. Но как-то слишком уж тоскливо.
Мы с Айсом всегда делали вид, что относимся друг к другу, мягко скажем, прохладно. Вот интересно, какое у Шефа будет лицо, когда я начну превращаться. Надо запомнить. Возможно, это останется моим последним забавным воспоминанием. Даже наверняка. Чего уж там…
- Значит, говоришь, совсем не похож на Малфоя. Так ты, оказывается, хотел бы быть похож на Люца, Север?
Что я могу на это сказать? Да? Нет?
- Не знаю.
- Ты завидуешь Люциусу?
- Нет.
- Почему?
- Действительно, почему? Хотелось бы мне хоть одним глазом взглянуть на того дурака, который позавидует сейчас Люциусу Малфою.
- То есть?
- Северус Снейп - лучше всех.
- Ого!
Да, я такой.
- Но ты ведь не любишь Люца?
- Люциус Малфой - клинический идиот. Ничего не может сделать нормально...
- Продолжай. Что не может сделать нормально?
- Ни одного зелья сварить не умеет. И никогда не умел.
- А ты умеешь?
Я вздохнул и с чистой совестью ответил:
- Нет.
Он аккуратно задает довольно бессмысленные вопросы. Я отвечаю. Никогда не думал, что во мне скопилось такое количество невысказанной правды. Шеф уже даже не показывает удивления. Теперь он точно уверен - что-то не так. Поэтому тянет время. Ну, сейчас доиграешься. Сейчас у тебя будет такое удивление, не показать которое ты просто не сможешь. Это я тебе обещаю.
Пускай это будет мое последнее веселое воспоминание.
Зато оно будет о-очень веселое.
- Ну вот что, Север, - его деловой тон расстроил меня окончательно. - Давай сыграем в шахматы. Если выиграешь, я тебя отпущу.
- А если проиграю? - мне было все равно.
- А если проиграешь, продолжим нашу беседу. А потом можно будет еще сыграть.
Когда он отвернулся, чтобы призвать со стола шахматы, я проглотил последнюю капсулу с оборотным зельем. Мелькнула шальная мысль о том, какое у него будет лицо через пару минут, если зелье не принять. Возникали еще какие-то идеи. Уже не помню о чем, но роднило их одно: все они носили ярко выраженный фатальный характер.
Окончательно упавшее настроение объяснялось тем, что в шахматы я играл еще хуже, чем варил зелья. Хотя куда уж хуже... Но это если смотреть на результат. А вот что касается процесса, то зелья я варил несравненно лучше. Я мог зажечь огонь, поставить на него котел, побросать туда что-нибудь, словом - запустить процесс.
С шахматами дело обстояло намного хуже. Я не помнил, как ходят фигуры.
«Скажи, что ты не Снейп!» - агонизировал здравый смысл.
Если бы я точно был уверен, что от этого что-то изменится, я бы так и сделал. Но сказать Лорду сейчас о том, кто я на самом деле, - погубить и себя, и Айса. И еще Нарси. Она тоже в курсе наших игр. Да-да. Мы рассказали ей на Рождество.
В Имении было полно гостей. И Лорд, конечно. Он, к счастью, быстренько отбыл, а мы с Айсом меняться обратно так и не стали. Ну, вроде маскарада. Лень переодеваться было.
