Если бы я мог рассказать Фэйту, что Дамблдор действительно собирается умирать, он бы, конечно, не посочувствовал директору.
Но он бы посочувствовал мне.
Фэйту я ничего сказать не мог, зато отлично помнил, как именно он всегда мне сочувствовал. И не видел причины пренебрегать его любимым средством. Тоску надо лечить.
И я с успехом лечил ее на Тревесе, мрачно думая о том, что в одиночестве этого делать не стоило. Когда меня там обнаружил Кес, я уже двух слов связать не мог.
- В честь чего столько веселья? – спросил он, когда я наконец его идентифицировал.
В ответ я недовольно мотнул головой и поприветствовал его мычанием.
- Это что-то новенькое, - он уселся напротив и уходить явно не собирался, хотя я и пытался показать ему рукой, в каком именно направлении ему следует удалиться, причем прямо сейчас.
- Я понял, Севочка, - успокоил он меня. – Ты ведь не обидишься, если я сделаю это чуть позже?
- Н-нет.
- Человеческая реакция, - смерив меня презрительным взглядом, процедил он.
- Угу, - удовлетворенно кивнул я, чувствуя, что потихоньку начинаю осознавать происходящее.
Наверное, я все-таки сделал что-то не так. Если меня лечил Фэйт, я всегда потом долго спал. А сейчас просто плохо. Будто меня бьют по голове чем-то очень тяжелым. Причем изнутри.
- Когда тебя в последний раз не отражали зеркала?
- Не помню, - пробормотал я, стараясь на него не глядеть, потому что откровенно лгал. В последний раз меня не отражали зеркала после того, как я пожал руку Блэку. Ровно три недели, я считал. Специально считал, чтобы проверить, может, все-таки не сработало. Какой там. Все по полной. Вот Кес бы порадовался. Но я же не дурак ему рассказывать. От себя не убежишь.
Некуда.
Да и не хочется уже.
- Так что у нас случилось?
- У тебя – ничего, - разом отомстил я за его безразличие ко всему, что когда-либо меня мучило.
- Это радует. А у тебя?
- Дамблдор.
- Я слушаю.
- Он умирает, - глухо сказал я, глядя в стол. - Он схватил в руки какую-то гадость и теперь умирает.
- Это я знаю. Что-то еще?
- Он взял с меня слово, что я убью его.
Вот этого Кес точно не знал. Секунды две он обдумывал услышанное, потом усмехнулся и спросил:
- А зачем ты дал ему слово?
- Он меня просил.
- Ну и что?
- Он… я не смог ему отказать.
- Ну, это понятно, - он рассмеялся. – Я тоже никогда не умел ему отказывать. До сих пор одни проблемы. Он может быть редкостным занудой, когда ему действительно что-то нужно. В общем, все не так уж и плохо. Во всяком случае, у тебя нет причин для такой трагедии. Если ты его убьешь, это будет даже забавно.
Забавно?! Ему будет забавно?! А мне?!
Я ничего не говорил. Просто молча смотрел на него. И хотелось мне удавиться. Хотя и не получилось бы.
- Севочка, ну что это такое? – примирительно сказал он. – Ведь еще ничего не случилось. Может быть, его убьет кто-нибудь и без тебя. Или он сам умрет раньше. Разве можно так расстраиваться из-за будущего. Оно каждую секунду меняется.
Он так быстро и незаметно умел, если нужно, превращаться из законченного циника в близкого и все на свете понимающего, что я всегда на это ловился.
- Перестань, мой хороший. Каждый волен поступать как ему угодно. И Альба тоже.
Как точно Кес определил, что именно меня расстроило. Дамблдор не смеет! Не смеет бросать меня! После всего, что он со мной сделал. Не смеет! Как он может меня бросить? Ведь рядом со мной нет больше ни одного живого человека. Это чудовищно нечестно! Хватит того, что я остался без Фэйта.
- Ке-е-ес! Как он мог сделать такое со мно-о-ой?..
- Севочка, ну что ты ревешь, взрослый человек, честное слово.
Я понимал, конечно, что все это выглядит совершенно дико, но вместо того, чтобы просто уйти к себе и, проспавшись, решать свои проблемы, я сидел на диване на Тревесе, уткнувшись носом в его камзол, и рыдал. Второй раз в жизни.
- Альба давно собирался… попутешествовать. Если вернется, то расскажет нам с тобой, что там видел интересного.
Я не стану с ним разговаривать. Не стану. Пусть насмехается сколько хочет. Мне все равно. И слушать его не буду. И не пойду никуда. Может даже не надеяться. Я ни на шаг от него не отойду. Потому что он – это единственное, что у меня осталось. Даже если ему на меня плевать. Пускай. Я не вернусь больше в школу. Я вообще больше отсюда шага не сделаю. Я не желаю никого видеть. Никогда.
Кес крепко взял меня за плечи и, отодвинув от себя, заставил посмотреть в глаза.
- Севочка, никогда, слышишь, никогда не смей оплакивать мертвых, пока еще можно что-то сделать для живых.
- Для него больше нельзя ничего сделать, - я упрямо мотнул головой.
- Ты бы лучше подумал, как поаккуратнее довести до сведения Томми, что малфоевский детеныш принадлежит нам, а не ему. А то мало ли.
Это он сказал зря. Потому что про Фэйта я запретил себе думать в принципе. Просто запретил. Не сегодня. Не сейчас.
- Лю-юц…
- Боже мой… Все. Хватит.
Он настойчиво прижал к себе мою голову и с силой провел несколько раз ладонью по волосам.
Больше я ничего не запомнил.
