(Исчезает.)
Является Ариэль с яркими одеждами.
Просперо и Ариэль остаются невидимыми. Входят промокшие и грязные Калибан, Стефано и Тринкуло.
Послушай, чудище, эта твоя фея, о которой ты говорил, что она безвредная фея, сыграла с нами премерзкую штуку.
Чудище, я с ног до головы провонял конской мочой; в мой нос испытывает по этой причине великое негодование.
И мой тоже. Слышишь, чудище? Если ты попадешь ко мне в немилость, то смотри у меня!..
Фью-у-у-у!.. Тогда ты будешь вовсе пропащее чудище!
Так-то так, но потерять наши бутылки в болоте…
Чудище, это не только стыд и срам, но более того – невознаградимая утрата.
Для меня это еще хуже, чем купанье в грязи. Вот так безобидная фея.
Я разыщу бутылку, хотя бы мне для того пришлось залезть снова по уши в болото.
Дай-ка мне руку. Я чувствую, как во мне просыпается жажда крови.
О король Стефано! О ваша светлость! О знаменитый Стефано! Погляди, какие тут висят одежды для тебя!
Как бы не так, чудище! В чем в чем, а уж в тряпье мы знаем толк… О король Стефано!
Сдерни-ка эту мантию, Тринкуло! Клянусь кулаком, я надену эту мантию.
Твоя милость ее наденет.
Чудище, не ерепенься! Госпожа веревка, не мой ли это камзол? Ну вот, господин камзол, вы так прильнули к госпоже веревке, что никак ее не распутать. От этого распутства вы еще, чего доброго, сотрете свой ворс и станете плешивым камзолом.
Давай, давай! Если будет угодно вашему высочеству, мы стащим с веревки все до нитки.
Спасибо, ты славно сострил. Вот тебе за это платье. Пока я царствую в этой стране, остроумие всегда будет вознаграждаться. Стащить с веревки все до нитки? Вот здорово отмочил. На тебе за это еще штаны.
Ну-ка, чудище, намажь птичьим клеем свои лапы да забирай то, что осталось.
Чудище, протяни свои лапы. Помоги мне снести все имущество туда, где спрятана бочка, не то я тебя вышвырну из своего королевства. Ну, живо! Держи это.
И это.
И вот это.
Слышен шум приближающейся охоты. Появляются духи в образе гончих псов и преследуют воров. Просперо и Ариэль науськивают собак.
