У Ронана было больше опыта в сокрытии своих эмоций, но несколько раз он срывался, и я заметила, как он нахмурился, когда один из мальчиков-стажеров дотронулся до меня во время упражнения. Однажды, когда Шон прижал меня к себе, Ронан, казалось, был готов сбросить его с меня. Димитрий увидел это и задал Ронану вопрос, чтобы отвлечь его. К полудню я была убеждена, что мой отец обладал сверхчеловеческим самообладанием, раз так долго скрывал от всех свою связь.
За обедом всё, о чем могли говорить мои друзья, это об аварии, и большую часть разговора девочки обсуждали Ронана.
— Когда он снял с себя рубашку, чтобы перевязать тебя, мои женские прелести растаяли, — Элси притворилась, что падает в обморок, на что парни за столом закатили глаза.
— А потом он поднял тебя на руки и понёс, — Виктория наклонилась через стол и прошептала: — На что это было похоже?
Дмитрий усмехнулся.
— У неё было сломано три ребра. Как ты думаешь, что она чувствовала?
Я бросила на него благодарный взгляд. Он весь день прикрывал мне спину, и я очень сомневалась, что справилась бы без него.
Элси издала одобрительный возглас, а я подняла глаза и увидела Ронана, который стоял у сервировочных столиков. Я раздраженно притопнула ногой. Когда он повернулся, чтобы найти свободный столик, она сделала это снова, и у меня лопнула чаша терпения.
— Помнишь, когда прошлой осенью Селин заменила Гевина, и все парни пускали по ней слюни? — спросила я Элси. — Ты сказала им, чтобы они перестали её оценивать. Ты делаешь то же самое с Ронаном.
— Нет. Я просто…
Она оглядела наш столик. Другие девочки ничего не сказали, но несколько мальчиков кивнули. Её щеки порозовели.
— Ты права. Извини.
Я чувствовала себя виноватой из-за того, что вызвала её на разговор, но я была в шаге от того, чтобы ударить её локтем. Мы были давними подругами и, меньше всего, мне хотелось ссориться с ней из-за этого.
Я взяла свой стакан с водой, чтобы сделать глоток, и мой взгляд встретился с глазами Ронана. Он сидел в дальнем конце зала с Гевином, но даже с такого расстояния от его взгляда у меня в животе запорхали бабочки.
Димитрий ногой толкнул меня в бедро, привлекая моё внимание к себе. Он бросил на меня взгляд, который говорил, что мы с Ронаном вот-вот породим набор сплетен, если не успокоимся. Я одними губами поблагодарила его и до конца обеда старалась не смотреть в другой конец зала. На остальных занятиях я была осторожна и избегала взглядов на Ронана, если только в этом не было необходимости.
В ту ночь я ждала Ронана возле леса. Хотя мы и не договаривались об этом, я знала, что он будет там, как и во все предыдущие разы. Обычно мы не разговаривали, но сегодня у меня была первая возможность побыть с ним наедине.
— Привет.
Я улыбнулась, надеясь, что выгляжу не так неловко, как чувствовала себя.
Он остановился в двух шагах от меня.
— Привет.
Весь день я думала о том, что хотела бы ему сказать, и о вопросах, которые хотела бы задать, но забыла все до единого. Хорошее начало.
— Я собиралась позвонить тебе, но поняла, что у меня нет твоего номера, — выпалила я в спешке. — У тебя есть телефон?
— Да.
Он достал его из заднего кармана и протянул мне. Я смотрела на него, пока он не сказал:
— Внеси свой номер.
Я уловила смешливые нотки в его голосе, и мне пришло в голову, что я никогда не слышала, как он смеется. Я так многого о нём не знала.
Я ввела своё имя и номер в его телефон и вернула ему. Через несколько секунд мой телефон в кармане завибрировал. Я проверила телефон и увидела сообщение от Ронана. В нём было только «Привет». Я спрятала кривую улыбку, когда сохранила его имя в своих контактах. Он по-прежнему был не слишком разговорчив. Было бы забавно познакомиться с ним поближе.
— Наверное, нам стоит заняться чем-то большим, чем просто побегать, — я покраснела от того, как это прозвучало, и поспешно добавила: — Мы должны поговорить.
Уголок его рта дернулся.
— Должны.
— Если мы с тобой начнём есть вместе, это вызовет слишком много вопросов. Мы могли бы поесть в твоей хижине, но кто-нибудь обязательно увидит, как я прихожу или выхожу оттуда. До сегодняшнего дня я не осознавала, как мало уединения в Весторне. Когда я росла на озере, это никогда не было проблемой.
Ронан кивнул.
— Я привык к одиночеству, так что для меня это тоже стало адаптацией.
Он произнёс это небрежно, но моё сердце сжалось от его признания. Он был волком без стаи и единственным в своём роде, о котором он знал. У меня была мать, которая направляла меня, и любовь большой семьи. Я не могла представить, что была бы одна без них. Какой изолированной и одинокой была бы эта жизнь.
— Я думаю, мы могли бы поехать в город или прогуляться по лесу, — размышляла я.
— Бассейн, — сказал он, застав меня врасплох. — Встретимся там завтра вечером.
Я сразу вспомнила, как мы в последний раз были в бассейне, и понадеялась, что его ночное зрение недостаточно хорошо, чтобы разглядеть моё раскрасневшееся лицо.
— Во сколько?
Он на мгновение задумался.
— Шесть.
— Хорошо, — меня охватил трепет, и моё тело завибрировало от волнения. — Хочешь пробежаться сегодня вечером?
— Да.
