Буря мечей. Том 2 полностью

– ТЯНИ. – Джон поднял собственный лук и оттянул тетиву к уху. Атлас, Гренн, Оуэн Олух, Пустой Сапог, Черный Джек Бульвер, Аррон и Эмрик сделали то же самое. Зея прижала к плечу приклад арбалета. Джон следил, как приближается таран, окруженный с двух сторон мамонтами и великанами. Сверху они казались совсем маленькими – одной рукой можно раздавить. «Была бы у меня такая большая рука…» Они вступили на убойную полосу, и вороны, вспугнутые ими, взмыли с туши мертвого мамонта. Все ближе и ближе, и вот…

– ПУСКАЙ!

Черные стрелы с шорохом спорхнули в воздух, будто змеи, у которых появились крылья. Джон, пустив стрелу, тут же взял вторую.

– ЗАРЯЖАЙ. ТЯНИ. ПУСКАЙ. – Его рука нащупала следующую стрелу. – ЗАРЯЖАЙ. ТЯНИ. ПУСКАЙ. – Еще раз и еще. Джон отдал команду требюшету, и тот со скрипом и стуком выбросил сотню стальных ежей. – Катапульты, – командовал он, – скорпионы. Лучники, стрелять по своему усмотрению. – Стрелы одичалых теперь стукались о Стену в ста футах под ними. Один великан зашатался и упал, за ним другой. Заряжай, тяни, пускай. Два мамонта столкнулись, сбросив седоков. Заряжай, тяни, пускай. Заряжай, тяни, пускай. Таран валялся на земле – толкавшие его великаны были убиты или умирали. – Огненные стрелы! – крикнул Джон. – Поджечь таран! – Вопли раненых мамонтов и громоподобные крики великанов смешивались с воем волынок и грохотом барабанов в кошмарную музыку, но его лучники исправно сгибали луки и стреляли, как будто все они оглохли, как покойный Дик Фоллард. Пусть они далеко не лучшие бойцы – они братья Ночного Дозора или стремятся стать ими. «Вот почему одичалые не пройдут».

Один из мамонтов, обезумев, побежал, снося пеших воинов хоботом и топча ногами. Джон снова натянул тетиву и послал стрелу в мохнатую спину зверя, чтобы взбесить его еще больше. Восточное и западное крылья наступающего войска добрались до Стены беспрепятственно. Колесницы останавливались или поворачивались, конные бессмысленно топтались под ледяным утесом.

– Ворота! – крикнул один из братьев – кажется, Пустой Сапог. – Мамонт у ворот!

– Гренн, Пип, – рявкнул Джон, – огонь.

Гренн, бросив лук, подкатил к краю Стены бочонок с маслом. Пип выбил затычку, вставил вместо нее тряпичный фитиль и поджег его факелом. Вдвоем они спихнули бочонок вниз. В ста футах ниже он ударился о Стену и разбился, брызжа горящим маслом. Гренн тем временем подкатил второй бочонок, а Кегс третий. Пип поджег оба.

– Попал! – завопил Атлас, высунувшись так далеко, что Джон испугался, как бы он не упал. – Попал, попал! – Слышно было, как ревет пламя. Охваченный огнем великан появился в поле их зрения и стал кататься по земле.

Мамонты, приведенные в ужас огнем и дымом, вдруг обратились в бегство, топча всех у себя на пути. Великаны и одичалые шарахались от них в разные стороны. В мгновение ока посреди войска образовалась брешь. Конные на флангах увидели, что остались одни, и тоже решили отступить, хотя из них не пострадал никто. Даже собачьи упряжки, не сделав ровно ничего полезного, устремились прочь. «Если уж они бегут, то сломя голову, – подумал, наблюдая за ними, Джон. – Даже их барабаны умолкли. Как тебе нравится эта музыка, Манс? Как тебе такой поцелуй от дорнийки?»

– Раненые есть? – спросил Джон.

– Эти ублюдки мне в ногу попали. – Пустой Сапог выдернул стрелу и помахал ею над головой. – В деревянную.

Грянуло нестройное «ура». Зея, схватив Оуэна, закружила его и прямо при всех наградила смачным поцелуем. Она и Джона хотела поцеловать, однако он вежливо, но твердо отстранил ее от себя. «Нет, – сказал он. – Я уже достаточно нацеловался». На него обрушилась внезапная усталость, и ногу от колена до паха охватила нестерпимая боль.

– Пип, помоги мне дойти до клети. Гренн, я оставляю Стену на тебя.

– На меня?! – сказал Гренн.

– На него?! – сказал Пип. Трудно было судить, кого из них это ужаснуло больше.

– А ч-что мне делать, – выговорил Гренн, – если они снова пойдут в атаку?

– Останови их, – сказал ему Джон.

Пока клеть ехала вниз, Пип снял шлем и вытер лоб.

– Я весь обледенел. Что может быть гнуснее замерзшего пота? – хохотнул он. – И есть охота, как никогда в жизни. Целого зубра бы съел. Не сказать ли Хоббу, чтобы изжарил нам Гренна? – Но при взгляде на Джона его улыбка угасла. – Что с тобой? Нога?

– Нога, – подтвердил Джон. Ему даже говорить было больно.

– Но ведь битву-то мы выиграли, правда?

– Спроси меня об этом, когда я увижу туннель, – мрачно ответил Джон. «Мне нужно погреться у огня, съесть что-нибудь горячее, поспать в тепле и как-то облегчить боль в ноге». Но сначала он должен побывать в туннеле и узнать, что случилось с Доналом Нойе.