Во время исследования материалов того периода меня многое потрясло. В первую очередь я говорю о жизни женщин рабочего класса. Эпоха индустриализации была временем глубоких перемен. Все сегменты экономики претерпели изменения, которые коснулись даже рынка труда. Фабрики росли, словно грибы после дождя. Если прежде женщины были «всего лишь» ответственны за домашнее хозяйство, детей и, самое большее, за небольшой дополнительный доход, то теперь служили дополнительной дешевой рабочей силой. Учитывая, насколько сложно было вести хозяйство в те времена, становится понятно, чего это стоило женщинам.
Внезапно появились «мужские профессии». И если прежде для женщин считалось немыслимым и совершенно неприличным работать, то теперь спрос начал определять правила морали. К сожалению, спрос не определял размер заработной платы. За схожую работу женщины получали гроши, несоизмеримые с заработком мужчин.
Но была ли повседневная жизнь благородных дам лучше? Этот вопрос я часто задавала, пока работала над романами, он волнует и Лили. Конечно, жизнь в достатке была предпочтительнее, чем в бедности и нищете. Но из сохранившихся записей в дневниках можно понять, какую мучительную скуку испытывали светские дамы. Ежедневная рутина повседневной жизни, существование в качестве украшения дома, без задач, целей, смысла… Без права принимать собственные решения. Когда я читала дневники, мне стало ясно, что реальность, скрывавшаяся за привлекательной оболочкой высшего класса, была не особенно завидной.
Но более всего меня впечатлила история торговли опиумом, о которой можно написать целую серию романов. Тот факт, что все началось с чая, прекрасно вписывается в картину нашего времени и заставляет задуматься о нашем обществе потребления. Даже в те времена люди часто не знали, откуда берутся те вещи, которые подслащают их повседневную жизнь, какие судьбы зависят от их производства и сколько труда, страданий и усилий, иногда даже войн, потребовалось, чтобы они попали на стол таким естественным образом. Разве не странно, как мало изменилось с тех пор?
Как и в случае с «Огнями на Эльбе», я использовала исторические ключевые даты для «Бури на Эльбе», но немного изменяла время, когда это было необходимо для сюжета.
Например, Альберт Баллин организовал свой легендарный первый круиз из Гамбурга годом позже. В 1890 году еще никто не знал, что опасения Йо по поводу фильтрации воды окажутся пророческими и сбудутся менее чем через два года. В 1892 году в Гамбурге разразилась холера, проникшая в город вместе с водой и обрекшая тысячи людей на мучительную смерть. Особенно она свирепствовала в трущобах. На улицах Штайнштрассе и Шпрингельтвите смертность в то время была в два раза выше, чем в других кварталах Гамбурга. Здесь, где вода все еще поступала из полных гнили каналов, куда зачастую сбрасывались нечистоты, болезнь распространялась особенно быстро. У людей не было шансов противостоять эпидемии.
В конце XIX века Элизабет Визе приобрела печальную известность как «убийца детей из Санкт-Паули». Во время моего исследования ее судьба меня очень заинтересовала. Я сразу поняла, что хочу в той или иной форме ввести ее в роман. Элизабет Визе родила незаконнорожденного ребенка и была заклеймена позором. Кроме того, ей необходимо было работать и одновременно заботиться о дочери Пауле. В те времена, как мы понимаем по истории Зеды, это было невозможно. Элизабет Визе вышла замуж, но вскоре попыталась избавиться от мужа, чтобы завладеть его деньгами. Говорят, он тратил свою скудную зарплату лудильщика исключительно на алкоголь, поэтому Элизабет с ребенком приходилось голодать. Когда Паула подросла, мать заставила ее заниматься проституцией, а деньги забирала себе. До наших дней дошла точная формулировка объявления, которое Элизабет поместила в одной из гамбургских газет того времени: «Девушка просит помощи в 30 марок у благородного господина в обмен на приятное времяпровождение».
Когда Паула, не выдержав, сбежала в Англию, Элизабет понадобился новый источник дохода. Она стала брать детей на усыновление, но убивала их и сжигала в кухонной печи или топила в Эльбе. Бедность делает человека изобретательным и зачастую беспринципным.
Несмотря на то что Элизабет заявляла о своей невиновности, в 1903 году ее приговорили к смертной казни за пять убийств и вскоре казнили на гильотине. Как видно на примере Элизабет Визе, реальность сама пишет самые жуткие и трагические истории.
«Руководство по браку» доктора Вайсбродта тоже существовало, и мне рассказывали, что во времена моих бабушек и дедушек его можно было найти во многих спальнях. Большинство советов и правил для супружеского ложа, содержащихся в нем, сегодня кажутся просто абсурдными. Во время чтения я с ужасом думала о том, каково это было – иметь их в качестве серьезного руководства и зачастую единственного средства просвещения.
