Встревоженная, она направилась к кровати отца, стараясь скрыть хромоту. Внезапно Лили вспомнила сцену из «Короля Лира». В тот момент, когда Лир попросил Корделию остаться, было уже слишком поздно.
Альфред все еще держал в руках один из снимков – это был тот самый, который она сделала в салоне, в Ливерпуле. Отец поднял взгляд, и Лили впервые с возвращения почувствовала, что он действительно на нее смотрит. Альфред откашлялся.
– Михель уедет в Ирландию с Эммой и Чарли.
Лили ожидала чего угодно, но только не таких новостей.
– Что? – шепотом переспросила она.
Отец кивнул.
– Я и твоя мама так решили. Они усыновят его, и он поедет с ними. Это самое лучшее для мальчика, он будет счастлив.
– Я не понимаю…
Альфред еще раз посмотрел на фотографию, которую держал в руке.
– Это значит, что я потеряю своего сына во второй раз. – Он глубоко вдохнул. – Но я больше не хочу терять свою дочь.
Лили, должно быть, ослышалась. С неверием она посмотрела на отца. Тот кивнул головой, словно пытался убедить себя в правильности слов.
– Ты разведешься с Генри, и я поддержу тебя. Мы вернем Ханну, я обещаю. – Голос отца был твердым и уверенным. – Даю свое слово, Лили. Я не хочу принять еще одно решение, о котором пожалею в будущем. И которое уже будет не исправить.
Видимо, отец тоже вспомнил о короле Лире, и Лили тогда верно истолковала его послание. Некоторое время они смотрели друг на друга, и с плеч Лили словно упал тяжелый груз. Альфред откашлялся и отложил монокль.
– Значит решено, а теперь, пожалуйста, пригласи доктора Зельцера. Я хочу, чтобы он осмотрел твою ногу.
– Эти фотографии очень важны, пусть они ничего не доказывают, но могут склонить судей на твою сторону. – Дядя Роберт вздохнул и нагнулся над столом, рассматривая фотографии Лили. Франц очнулся от оцепенения, и когда Лили и Роберт собирались уйти в кабинет Альфреда, то настоял, чтобы пойти с ними. Теперь он стоял у окна, глядя на темный сад, не проронив ни слова. Роберт посмотрел на него, ожидая какой-либо реакции. Ее не последовало, и дядя снова повернулся к Лили. – Если ты подашь в суд и Генри сможет доказать твою измену, у нас не будет шансов забрать у него Ханну. Впрочем, если мы сможем доказать, что он тоже изменял тебе… Хотя его любовница вряд ли будет свидетельствовать против него.
– Кроме нее есть другие свидетели: Мэри и другие слуги. Если мы предложим им деньги, то возможно они…
– Лили, мы не можем подкупать свидетелей, – прервал ее дядя.
– Возможно, они все равно будут свидетельствовать в мою пользу, – вздохнула она.
– Это клеймо на всю жизнь, Лили, оно будет преследовать тебя вечно, подумай об этом.
Лили поднялась.
– Я уже все обдумала.
Дядя Роберт печально кивнул.
– Не сомневаюсь.
Франц вдруг схватил ее за руку и оттащил к окну.
– Твой развод убьет отца! – Его глаза были налиты кровью, щеки ввалились.
– Я уже рассказала ему, и он обещал поддержать меня.
Франц побледнел еще сильнее, хотя, казалось, дальше некуда.
– Ты и правда думаешь только о себе, чертова эгоистка! – прошипел он.
Лили ощутила бессилие – у нее не было сил бороться сейчас еще и с Францем.
– Уж ты-то лучше всех должен меня понимать. Ты знаешь, каково это жениться на той, кого не любишь. И любить того, о ком никто не должен узнать, – прошептала она.
– Что ты сказала?
Лили твердо встретила его взгляд.
– Я знаю, Франц. Знаю со времен церемонии открытия, – пояснила она. – Я видела книгу в твоей комнате и видела, как ты улыбаешься Каю. Тебе не нужно больше обманывать меня: я прекрасно понимаю, почему ты стал таким, какой есть.
Франц открыл рот, но не смог выдавить ни звука. Он смотрел на Лили так, словно видел призрака.
– Что ты несешь?! – еле слышно прошептал он.
– Я никогда и никому не проболтаюсь. – Лили схватила его за руку. – Пусть ты разрушил мою жизнь, и я ненавижу тебя за это, но ты был и остаешься моим братом. Этого ничто не изменит.
– Нам нужна стратегия, – донесся до них голос Роберта, который усердно делал заметки. – Нам необходимо действовать быстро. Если он отправит Ханну за границу, то это осложнит ситуацию. – Он бросил взгляд на Лили. – Повтори, пожалуйста, что он сказал? Слово в слово.
Лили придвинула стул к столу и села напротив. Горло словно сжали металлические тиски. Но прежде чем Лили успела заговорить, голос подал Франц:
– Нам следует обратиться в полицию порта. Возможно, он попытается посадить ее на корабль. У меня есть свои люди в порту, если мы задействуем как можно больше глаз, то Генри не сможет вывезти Ханну незамеченной. – Франц монотонно бубнил, словно слова давались ему с трудом.
Лили с изумлением уставилась на него. Франц не смотрел на нее, только на дядю Роберта. Тот кивнул, тоже весьма удивленный его вмешательством.
– Ты прав, не стоит терять и минуты.
– Я позабочусь об этом. – Франц широкими шагами направился к двери. Лили он по-прежнему не сказала и слова, но прежде чем он вышел, Лили удалось поймать его взгляд. Франц едва заметно кивнул. Его лицо все еще было бледным и мрачным, но на нем застыла решимость.
