— На лодке! Езжай сюда! — вырвалось из рупора. — Что за люди? Куда пробираетесь?
— К вам! — сложив воронкой ладони, ответил Чилим.
Голос матроса Чилиму показался знакомым.
— Ты же Ланцов! — закричал Чилим, быстро поворачивая лодку к катеру.
Лодка подошла уже близко, катер остановился.
— Васька, Чилим! Как вас черти затащили сюда? — летело с катера. — Давайте под корму, чальтесь! — кричал Ланцов, перегнувшись через поручень.
Бабкин подал причал подбежавшему к корме матросу.
— Вылезайте все на катер, а то утоплю! — крикнул Ланцов, подходя к корме. — Как же вы здесь очутились?
— Еле-еле убежали, к белякам было в лапы попали, да счастливо отделались. Ладно, после расскажем, а теперь вот чего: нет ли закурить? С прошлого дня не куривши ехали, чуть было с тоски не умерли. Эй, эй! Нельзя ли потише? Весь багаж в нашей лодке утопите! — закричал Чилим, когда катер пошел полным ходом и начал захлестывать причаленную под кормой лодку.
— Тихий! — крикнул в машинное отделение Ланцов.
Чилим прыгнул в лодку и начал выкидывать на палубу катера мешки, винтовки и пулемет.
— Теперь вали до полного! — крикнул Чилим, выскакивая из лодки на корму катера.
— Закуривайте, — сказал Ланцов, подавая пачку папирос.
— Где вы оружия столько набрали? — спросил Ланцов, присаживаясь на корточки рядом с Чилимом.
— Белых ограбили...
Чилим рассказал, как они попали было в плен к белым и как удалось прорваться через фронт.
— А это что такое? — полюбопытствовал Ланцов, увидя, как Ильяс выложил из мешка офицерскую кожаную сумку.
— Капитан на память оставлял.
— Подай-ка сюда, может быть, что и для нас интересное есть. — Ланцов раскрыл сумку и вытащил содержимое. — Так, это карта. А это что за лист, исписанный крупными каракулями?
Расправив бумагу, он прочел:
«Господину капитану, от сельского старосты, Ивана Федорыча Хомяка. По Вашему приказанию посылаю вам список всех большевиков нашей деревни, а также записал и всех сочувствующих.
1. Ланцов Мишка, каторжник, еще до начала войны пырнул кинжалом пристава. После куда-то сбежал, где-то скрывался, а теперь к большевикам добровольцем нанялся. Мать его тоже сочувствует большевикам, это я проверил лично сам.
2. Чилим Васька, тоже каторжная морда. Отец его стражника убил, за что был сослан на каторгу. А Васька, как пришел со службы, все время рабочих мутил против хозяина...»
— Вот это здорово! Слыхал, Василий, что о нас доносит Хомяк? А ты и не знал, что везешь приговор на наши головы. Ну, ничего, подожди, Вася, мы еще доберемся до них, все равно выбьем волчьи-то зубы... — зло сверкнул глазами Ланцов.
— Он еще не все написал, можно было добавить, что его сына-белогвардейца вместе с капитаном сбросили в Волгу.
— Надо было и самого его туда же, — выругался Ланцов.
Пока курили и обсуждали донос Хомяка, катер подошел к стоянке флотилии. Ланцов отправился с докладом к комиссару.
— Товарищ Маркин, все в порядке, лодка с тремя перебежчиками здесь. Прикажете привести?
— А ну-ка, приведи, что за люди, познакомимся.
— Есть привести! — крикнул, выскакивая из каюты, Ланцов.
Когда Чилим с Ильясом и Бабкиным в сопровождении Ланцова явились к комиссару флотилии, Маркин пристально посмотрел на вошедших и спросил:
— Ну как, не понравилось с белыми идти, решили к нам перекочевать?
— Товарищ Маркин, тут на них есть «сопроводительная», — сказал Ланцов, вытаскивая из офицерской сумки бумагу и подавая ее комиссару.
Маркин перевел взгляд на Ланцова и начал развертывать бумагу. Прочитав несколько строк, он улыбнулся.
— Как, разве еще есть Ланцов? — посмотрел он на командира катера.
— Нет, товарищ Маркин, это обо мне сообщает староста...
— Он пишет, что ты какого-то пристава пырнул...
— Было такое дело, он точно пишет, — подтвердил Ланцов.
— Так, хорошо, мы с тобой об этом особо поговорим, а теперь скажите, кто из вас Чилим? — спросил Маркин.
— Я, товарищ командир, — сделав шаг вперед, сказал Чилим.
— Как же это вы, товарищ Чилим? Каких мутили рабочих?
— Это весной было, товарищ командир, когда мы у себя организовали артель рыбаков. Ну и решили всей артелью, что теперь обойдемся и без хозяина. Вот, наверное, об этом и пишет староста.
— Так, хорошо. Теперь расскажите, как вы удрали от белых.
На лице Маркина теперь можно было прочесть одно любопытство. Он видел, что перед ним стоят не шпионы из белогвардейского лагеря, а люди, избежавшие белогвардейской виселицы.
Чилим рассказал о побеге со всеми подробностями.
— Хорошо сделали, молодцы, ребята! — произнес повеселевшим голосом Маркин. — Ну, а теперь куда думаете?
— Товарищ командир, может быть, примете к себе на службу? — выпалил Чилим.
— В царской армии служили?
— Только что с фронта вернулись, — ответили солдаты.
— Ну что ж, хорошо. Оставайтесь, еще у нас послужите. А теперь вот чего, присаживайтесь да расскажите, много ли войска у белых.
