Компании похитителей пришлось перемещаться чуть ли не через полгорода, и выбирать места для следующей точки нужно было чрезвычайно тщательно, чтобы никто не увидел, а шторм продолжал бушевать. Неудивительно, что оказавшись в помещении, Влад облегчённо выпрямился и тут же снёс головой шикарную хрустальную люстру.
Машинально сдержался, чтобы не выругаться, хотя после такого грохота можно было и не трудиться, запутался в металлических цепочках, задёргался…
«Всё прахом! — билась в голове жуткая мысль. — этот Гризмус поднимет тревогу, начнёт орать, и все наши двухнедельные мучения пойдут прахом!»
Паника оказалась напрасной. Это Влад запутался и затормозил — все остальные счастливо избежали столкновений с предметами мебели, и действовали по плану. А именно — в срочном порядке разошлись по комнатам в поисках жителей дома. К тому времени, как Влад окончательно пришёл в себя, мастер Гризмус был уже обнаружен. И сообщить о себе он никому не успел, просто потому, что спал и не понял, что на дом совершается нападение. Ну кому такое в голову придёт во время бури? Услышав грохот и звон в зале, гремлин решил, что ветром сорвало ставни и разбило окно — такое, порой, случалось. Спешил вниз, поскорее оценить размер ущерба и влетел прямо в объятияъ Каси, как был — в халате и тапочках. Кроме мастера в доме были ещё трое слуг, которых нашли и избавили от средств связи так же быстро, как и самого Гризмуса. На этом захват языка мог считаться удачным.
Влад ещё тогда подумал — не к добру это. Если всё идёт как положено и планы не ломаются в самом начале, значит гигантская пакость ждёт под самый финал.
Поезд медленно подходил к пустующему перрону. Столица встречала «Аврору» неприветливо. Точнее, совсем не встречала. Шторм, казавшийся бесконечным, пошёл на спад. Обычная жизнь ещё даже не начала восстанавливаться — жители просто не успели отреагировать на изменения. Да и буря ещё не закончилась до конца. Ветер всё ещё сбивал с ног, поднимал вихри… собственно, Влад вообще никаких изменений не замечал, как и, например, дядя Саша. Может, ветер всё-таки не такой злой, будто немного утомился, а может, это только кажется. Однако Каси твёрдо уверила: скоро буйство стихии окончательно сойдёт на нет. И опытный воздухоплаватель Торнфист авторитетно подтвердил слова демонессы — он тоже считал, что скоро всё закончится.
Десять дней в столице прошли удивительно спокойно. Насколько было известно революционерам, никто так и не узнал об их появлении в городе. Они исправно слушали переговоры совета мастеров — те регулярно, каждый день в определённое время, устраивали собрания, на которых обсуждали текущую обстановку и решали, чем будут заниматься по окончании бури. Несчастный Гризмус уже даже привык, что во время созвона с остальными, рядом всегда присутствуют страшные захватчики, которых он боялся до дрожи в коленях.
Собрания проходили спокойно. У Влада сложилось впечатление, что никаких проблем в центре материка для местных вообще не существует. Всего пару раз кто-то из мастеров упоминал, что нужно будет привести к покорности шахтёров и кузнецов, однако об этом упоминалось вскользь. Когда кто-то хотел что-то уточнить, остальные отмахнулись:
— С этой проблемой обещали справиться наши друзья, вот пусть и справляются. У нас и других проблем полно — всё производство остановлено, финансовых потерь — не счесть. И это притом, что за продление договора с наёмниками нужно платить. Очень надеюсь, что с этим, как и в прошлый раз помогут наши друзья.
О каких друзьях идёт речь все уже прекрасно знали — мастер Гризмус запираться не стал, и рассказал, что деньги на наёмников дал эльфийский посол. Гризмус вообще вёл себя покладисто, даже угрожать почти не пришлось. Всё, о чём его спрашивали, рассказывал, не пытался подать знак собеседникам на том конце переговорника, и вообще был очень удобным пленником. Собеседники, правда, заметили, что он крайне немногословен в последние сеансы связи, но тот отговорился болезнью и плохим самочуствием.
— Видите, господа имперцы? Я добровольно сотрудничаю! Никаких препятствий не чиню! Я очень надеюсь, что в будущем вы это примете во внимание!
И вот, буря, наконец, начала утихать. Не так, как в прошлые разы, когда вдруг прекращалась круговерть и ветер начинал стабильно дуть в одну сторону. Теперь уже все местные в один голос утверждали, что уже вечером можно будет выходить на улицу, а завтра буря утихнет полностью. Мало того, мастера решились уже сегодня собраться вместе в государственной мастерской и готовились заседать там до тех пор, пока основные меры по исправлению последствий бури не будут выработаны полностью. Учитывая, что мнения на этот счёт у всех были разные, заседание грозило затянуться надолго, но никто против не был — засиделись по домам, соскучились по общению.
