— У нас есть все возможности! — горячился Влад, объясняя свою идею друзьям. — Смотрите, всего-то и нужно, что убрать этих проэльфийских мастеров! Местным, по большому счёту, наплевать! Они аполитичные! Найти того, кто заключил договор с волками, заставить его этот договор расторгнуть, и пускай валят обратно, откуда они там взялись. А местные между собой драться не станут. У нас все возможности есть. Сколько там, до столицы? Четыре сотни километров? Доберёмся дней за пять — семь. Нас там точно никто не ждёт, это ж безумие! Если всё получится — это будет не революция, не гражданская война, а обычный переворот.
— Малой кровью обойтись, — покивал дядя Саша. — Я думаю, можно попробовать. Власть имущие, когда их берут за задницу, обычно не демонстрируют желания сражаться до конца. Может и получиться.
— Это дерзко, безумно, и очень соблазнительно, — обрадовался Ждан. — Лихим наскоком обезглавить вражину! На меня можешь рассчитывать, друже! И не только. Китежа нам не миновать — вот там и наберём лихих людей, чтобы понадёжнее было. Батька мой счастлив будет, а то, может, и дед решит стариной тряхнуть!
— Всё-таки вы, люди, ненормальные, — покачала головой Каси. — Сама не верю, что это говорю, но может сработать. Если действовать быстро, и если успеть до того, как закончится буря. Кто бы мог подумать, что я буду хотеть, чтобы она продлилась подольше!
Пожалуй, Влад впервые видел демонессу такой. После победы у неё и без того выражение лица было нерадостное. Лопатин думал, что понимал, почему — девушке тоже не понравились потери. Из пятидесяти троллей было убито десять. И ещё двух ребят Торнфиста убили. Сам лейтенант тоже получил тяжёлое ранение. Да вообще, ранены в этом бою были все, кто участвовал в свалке перед поездом. Тролли, даже те, кому досталось очень сильно, к этому относились философски. Болевой порог у этих здоровяков крайне высокий. Если мозг не задет — будет двигаться, и даже сражаться. И потом, после боя, вместо того, чтобы лежать и страдать, предпочтут насыщаться, чтобы раны побыстрее заросли. Очень крепкие организмы, ещё крепче, чем орочьи. И всё равно, убить их, как оказалось, возможно. Особенно если убийца двигается втрое быстрее. В общем, победить удалось только благодаря внезапности — если бы Влад не телепортировал бойцов прямо в центр боевых порядков спригганов, если бы не буря, если бы… повезло буквально чудом, и всё равно, потери были очень серьёзные.
«Каси это явно понимает. И ей это очень не нравится. Так почему она так распереживалась сейчас, когда забрезжило решение всех проблем? — недоумевал Лопатин. Вид у девушки был бледный, даже испуганный. — Чего она так боится-то?»
Влад почувствовал, что под носом мокро, и утёр кровь. Всё-таки перенапрягся, до сих пор толком в себя прийти не получается. Во время боя на дикое утомление не обращал внимания, а теперь мучается. И не сказать, что сил на применение способностей больше нет. Лопатин чувствовал, что если напряжётся, то сможет переместиться, непонятно только, насколько далеко. Однако голова тяжко, натужно ноет, перед глазами всё двоится, да и руки на кружке с отваром подрагивают.
«Всё-таки двадцать троллей одновременно для меня пока тяжеловато. Надо ещё тренироваться, только когда? А ведь ещё не помешало бы научиться сражаться на холодном оружии, хотя бы несколько приёмов и стойки, чтобы понимать, что делать. А то в бою чувствую себя бесполезным. В стрельбе опять же нужно тренироваться. Вот когда вернёмся на остров…»
Влад вспомнил, что когда они вернутся на остров, там нужно будет в срочном порядке налаживать нормальную жизнь, и это одновременно с укреплением обороноспособности. Нужно засаживать чем-то поля, искать домашнюю скотину, налаживать выпуск гелиотропной взрывчатки самого разного вида, доделывать самолёт, ракеты, ещё какое-то оружие. Всё это не отрываясь от добычи гелиотропа, который будет нужен чуть ли не в промышленных масштабах, да ещё и позаботиться о том, чтобы как можно меньше народа знало о том, как эта добыча производится. Сам факт утаить точно не получится — не привык тут народ держать язык за зубами.
«Да ты и сам-то не сказать, чтобы прям образец молчаливости! Чего только при посторонних не обсуждаешь! — попенял себе Влад. — Наверняка кто-нибудь что-нибудь слышал, а сопоставить факты не сложно. Можно, конечно, надеяться, что все вокруг дураки, один ты умный, однако практика показывает, что всё, скорее, наоборот. Нет, Каси права. Кто бы мог подумать, что я захочу, чтобы эта буря подольше не заканчивалась?»
Празднование победы закончилось поздним вечером, все разбрелись спать — причём, видя состояние Влада, никто даже не заикнулся о том, чтобы тот растащил их по домам. Самостоятельно возвращаться через бурю не захотели даже двужильные тролли, так что в «Авроре» оказалось тесно.
