Буря Жнеца. Том 2 полностью

Скрипач вздохнул. Первые у стен столицы – этим все, вероятно, и кончится. Устроим осаду – восемьсот человек, как раз на одни ворота и хватит. Они там уже все от ужаса обоссались. Он еще раз вздохнул, потом опомнился:

– Вот и хорошо! Хоть кто-то нас оценит по достоинству!

Улыбке все эти беженцы не слишком-то нравились. Жалкие физиономии, шаркающая походка – слишком уж они напоминали ей… родину. Хотя нет, на то безнадежное паническое бегство все-таки не особо похоже, так что дело в другом. Просто глаза у них слишком тупые, как у животных. Ничего не понимающие детишки – их волокут за руку, или они сами цепляются за драный материнский подол.

Охотники за костями идут маршем на Летерас – почему же эти болваны не вопят и не подвывают от ужаса? Они – просто рабы, которых выгнали на свободу, словно овец в лес из загона, и они не ждут впереди ничего, кроме нового рабства. Или смерти в безлюдных пущах. Они уже проиграли. Всю свою жизнь.

Этим-то они и похожи на тех беженцев. Так ведь?

Она повернулась и плюнула на дорогу. Худ забери все эти империи. Худ забери все эти кнуты и пряники. Если я доберусь до тебя, мой любезный летерийский император, – если я первой до тебя доберусь, я тебя на кусочки изрежу. Медленно и очень больно. По кусочку за каждого из этих несчастных на вонючей дороге.

И чем раньше эти болваны уберутся с моего пути, тем скорей я смогу взяться за их императора.

– Мы идем прямо на дворец, – сказал Корик Битуму. – И никто нас не остановит.

– Ты, Корик, похоже, обкурился, – возразил капрал. – Для этого нам придется пробиться сквозь десяток-другой тысяч несогласных с нашими планами летерийцев. И как бы не на еще больше эдур. Если тебе мало, как насчет вон той стены? Думаешь ее перепрыгнуть? Взрывчатки нам все равно не хватит…

– Херня – не хватит!..

– Я в том смысле, что Кенеб никогда не даст саперам использовать все подчистую, особенно когда все, что нужно, – дождаться адъюнкта и устроить осаду по всем правилам.

Корик фыркнул.

– По всем правилам, как в И’гхатане? Жду не дождусь.

– В Летерасе нет своего Леомана Кистеня, – сказал Битум, подтягивая ремешок на подбородке. – На троне какой-то эдур. Пьяный, наверное. Сумасшедший. Пускает слюни и распевает песенки. Зачем нам вообще дворец? Можно подумать, там есть что-то интересное. Я бы лучше усадьбы грабить пошел.

– Малазанские солдаты не грабят.

– Ну, мы ж больше не малазанские солдаты? Я хочу сказать, мы ведь сейчас не за империю воюем?

Корик презрительно оскалился на капрала:

– Значит, теперь снова можно обращаться в бешеных варваров, да, Битум? И почему я не удивлен? Мне вот никогда не верилось, когда ты напускал на себя цивилизованный вид.

– Какой еще вид я напускал?

– Ну, может, тебя просто все так воспринимали. Но теперь-то я тебя насквозь вижу. Бандит, Битум, вот ты кто, от тебя только и жди удара в спину.

– Подумаешь, просто вслух размышляю, – сказал Битум. – Все равно Скрип навряд ли позволит нам творить все, что захочется.

– Это я тебе не позволю творить все, что тебе там захочется.

– Я просто чтоб разговор поддержать, Корик, только и всего.

Корик фыркнул.

– Решил нахамить собственному капралу, да, Корик?

– Я, капрал, подумываю о том, чтоб тебе всю твою броню в задницу засунуть вместе со щитом. Это как, будет считаться за нахамить?

– Если вдруг обнаружу разницу, я тебе обязательно сообщу.

– Послушай, Корабб, – обратился к нему Флакон, – сейчас меня уже можно не охранять, понимаешь?

Широкоплечий воин рядом с ним покачал головой:

– Сержант Скрипач приказал…

– Неважно, что он приказал. Мы движемся в колонне. По обе стороны от нас – сотни морпехов, так? Потом, я уже почти совсем восстановился, если на нас сейчас нападут или что-нибудь в этом роде, пусть пеняют на себя. Корабб, я здесь в безопасности! И потом, ты меня постоянно лупишь своими ножнами – у меня уже все ноги в синяках.

– Лучше ноги в синяках, чем без головы, – возразил Корабб.

– Не стану спорить.

Корабб кивнул, полагая вопрос закрытым.