По правде говоря, они всегда настоятельно звали Мэгги с собой, но каждый раз она придумывала какой-нибудь предлог, не обращая внимания на ироничные взгляды Джея; говорила, что такое времяпрепровождение не для нее, что она предпочитает отдыхать у бассейна и рано ложиться спать.
Мысль о том, что Джей и Кили вместе, причиняла ей боль. Но, когда пройдет время, это сиюминутное страдание покажется неизмеримо менее тяжким, чем то, которое сулила их близость, твердила себе Мэгги, коротая одна бесконечные дни и ночи.
Когда он возвращался в их комнату, обычно за полночь, она по-прежнему притворялась спящей. Порой ей казалось, что она довела свое притворство до совершенства, хотя и не была уверена, что обман действует. Она знала, что он по-прежнему каждую ночь подходит к ее кровати и стоит несколько минут рядом. Возможно, он беспокоился, как бы ей не приснился очередной кошмар, а может, прислушивался к ее дыханию. Разумеется, в те редкие минуты, когда они оставались одни, она становилась мишенью его едких, презрительных шуточек относительно ее крепкого сна.
Тем не менее она не могла не признать щепетильности, с которой он предоставлял ее самой себе, когда бы она ни пожелала. Неловкостей между ними не возникало.
Мэгги вздохнула, собрала листы рукописи в аккуратную стопку и перехватила их резиновой лентой. Стоит ли удивляться, думала она. С тех пор как она вывернула перед ним душу наизнанку, Делани, наверное, считает ее психически неуравновешенной.
И лишь однажды она, полагая, что он уже уехал с Кили в Насау, вышла из ванной в одной из своих прозрачных соблазнительных ночных рубашек и застала его в комнате. На миг Джей застыл словно изваяние, глаза вспыхнули синим огнем, но Мэгги схватила пеньюар, и он отвернулся, бормоча извинения…
Она встала и взяла со стола рукопись.
Соберу вещи, а потом схожу в последний раз искупаться, решила она, с тоской окидывая взглядом мерцавший в знойных лучах полуденного солнца сад.
Спустя час Мэгги наконец вышла из комнаты и направилась к бассейну. Она настолько привыкла быть там одна, что опешила, застав там Джея с книгой в руках.
Он заметил ее смущение и нахмурился.
— Мне уйти?
— Нет, конечно же, нет, — нервно улыбнулась она. — Я, собственно, хотела поговорить с вами.
На миг она поддалась безрассудному желанию смотреть на него и замерла, пожирая его взглядом. На нем были только плавки, и следы ее ногтей были еще заметны. Интересно, видела ли их Кили, а если видела, потребовала ли объяснений, и что он ей ответил.
— Какая честь, — помолчав, ответил Джей. — И что же вы желаете обсудить? Надвигающийся разрыв нашей несуществующей помолвки?
Мэгги вздохнула.
— Кроме всего прочего — да. Я закончила работу и хочу вылететь первым же рейсом, на который смогу достать билет. — Она умолкла. — Вы… остаетесь?
Более тяжелого вопроса ей еще не приходилось задавать. Он кивнул:
— Пожалуй.
— Я… так и думала.
— У вас имеются возражения?
— Нет, конечно. — Мэгги принужденно улыбнулась. — Как я могу возражать? — Она оторвала взгляд от его лица и посмотрела на книгу. — Это Кили дала вам что-то из своего?
— Да. Она превосходный рассказчик. Я восхищен.
— Тиражи ее книг впечатляют куда сильнее.
— Потрясающая женщина. Знает, чего хочет, и идет к цели прямой дорогой. «Нет» для нее не ответ. — Он постучал по книге пальцем. — Оказывается, я напоминаю ей героя этого романа. Скотта Максвелла.
— Я прочитала так много ее романов, что все персонажи перемешались в моей голове.
Мэгги явно кривила душой. Никто, прочитав «Полночный час», не мог забыть Скотта Максвелла, думала она. Именно поэтому книга постоянно переиздавалась. Он был воплощением мечты всякой женщины: богат, мужествен и невозможно красив. А сильнее его любовных сцен с Викторией, героиней романа, Мэгги и подавно ничего не читала.
Подсказаны ли они Кили собственным опытом? У Мэгги горько защемило сердце.
— Вам должно быть лестно, — заметила она, улыбаясь чересчур весело. — Это одна из ее лучших книг. — Она огляделась. — А где же Кили?
— Обедает на Лайфорде с какими-то знакомыми, которых встретила вчера. Я решил, что ей лучше поехать туда одной. — Он помолчал. — Что же касается помолвки, то вам лучше подождать и до моего возвращения в Англию не делать никаких заявлений. В отличие от вас я привык общаться с прессой, а они могут задавать щекотливые вопросы.
Мэгги опустила взгляд.
— Мне бы хотелось поскорее разделаться с этим, если вы не возражаете. Заявление за меня может сделать Себ, а я бы с радостью уехала куда подальше. Например, провела бы остаток отпуска в Нью-Йорке с Лу и девочкой. Думаю, так будет лучше.
— Вы, конечно, уже все для себя решили, не так ли? — Джей захлопнул книгу и швырнул ее на шезлонг рядом с собой.
— Нам следует трезво смотреть на вещи.
— Ну, разумеется, — отрезал он. — Да говорите им, что вам заблагорассудится.
— Вот и прекрасно.
