– Что ж, забирайте под вашу ответственность, полковник. Только пока не отправляйте его куда-нибудь к звездам, пока мы не разобрались в этом деле.
– Хорошо, сэр. Не беспокойтесь.
Вошедший охранник освободил мои руки, и они плетьми повисли вдоль тела. Было очень больно, настолько, что я закрыл глаза. Мне помогли подняться и вывели на свет. Снова ходьба по коридору и следующий кабинет. Меня усадили на жесткий диван, мы остались с Саммерсом вдвоем. Он присел рядом.
– Ну, здравствуй, герой! Ты, наверное, всегда находишь приключения на свою голову? – он взял мои руки в свои и стал потихоньку массировать.
– Что с советником? – спросил я, в надежде, что все в порядке.
– Сейчас в реанимации. За что ты его так отделал? И зачем компьютер разбил?
– Он не хотел мне поверить, – начал оправдываться я и Саммерс захохотал.
– Так мне тогда повезло, что я тебе поверил? Иначе ты бы меня прикончил! Да ты страшный человек! – сквозь смех говорил он.
– Не смейтесь, Саммерс, что-то мне не до смеха. Вам удалось чего-нибудь добиться?
– Сейчас будешь снимать с меня стружку? Все в порядке. Президент предоставил парламенту проект моратория. По предварительным данным, он пройдет. Он связывался с руководителями ведущих стран и те согласились выдвинуть такие же предложения своим парламентам. Теперь все ждут результатов. Пока все идет по-старому. Мы объявили по всем средствам связи о запрете на просмотр неизвестных людям фильмов, но случаи продолжаются. Хотя и без особого нарастания. Сигнал на возвращение корабля из полета начали подавать вчера, и будем продолжать в течение месяца, Что еще? Основное все. Сейчас самое главное, чтобы мораторий был принят. Как ты считаешь, это предотвратит «эпидемию»?
Этот вопрос для меня был еще не совсем определенным. Я был уверен, что мы на правильном пути, но когда нас оставят в покое, можно было только гадать. Но показывать свою нерешительность не имело никакого смысла, поэтому и ответ мой был скорее отрицательным.
– Я думаю, что пока нет. Нам еще многое нужно будет сделать.
– Что же мы предпримем? Время то идет, люди страдают, Генри.
– Я знаю это, сэр. Поэтому предлагаю сразу взять быка за рога. Как только мораторий будет принят, нужно будет собрать совещание на высшем уровне. И чтобы присутствовали представители всех стран, даже тех, которые не примут мораторий. И на нем прямо и честно рассказать о тех выводах, которые напрашиваются сами собой.
– Ты хочешь выступить перед этим собранием и убедить в своей правоте? – недоверчиво спросил Саммерс.
– Нет, это сделает более авторитетный человек.
– Кто же, наш президент?
– Наш президент слишком одержим погоней за властью, сэр, он явно не подойдет для этой цели, – проговорил я, уже зная, каково будет решение.
– У тебя на примете есть такой человек, или нам надо будет его найти? – Саммерс готов был принять любые мои условия, и это укрепило мою уверенность. Я вспомнил, какое впечатление он произвел на меня в день отправки нашей экспедиции. Да, именно такой человек и должен убедить власть имущих в том, какой путь необходимо им избрать.
– Сэр, я скажу вам это тогда, когда мораторий будет принят. Поверьте, сейчас говорить об этом пока рано.
– Хорошо, Генри, это твое право. Но подготовку к совещанию нужно ведь проводить уже сейчас?
– Конечно, время уже настало. Сэр, что вы собираетесь делать со мной? Снова в центр, или уже не имеет смысла?
– Президент считает, что вы должны быть поближе к его резиденции, поэтому он предоставляет свою виллу в двадцати километрах от столицы, естественно с усиленной охраной. Ты не возражаешь?
– Конечно, нет. А что вы подразумевали под словом «вы», или просто оговорились? – радостные предчувствия начали заполнять мое сознание.
– Вы – это ты и Анна. Хватит ей уже мучиться, она-то ни в чем не виновата, – Саммерс хитро прищурился.
– А кто, я виноват, что ли? – вскрикнул я, но посмотрел на Саммерса и мы засмеялись.
– Это дело останется на твоей совести, Генри! – резюмировал он и я подумал, что доля правды в этом есть.
Люди по-разному устраиваются в этой жизни. Кто-то решает посвятить себя любимому делу всего без остатка. Другие предпочитают создать для себя как можно больше благ, не успевая потреблять их. Некоторые, в угоду общественному мнению, отдают все силы внешнему соответствию, урезая себя в своих собственных потребностях. Большинство же устраивается так, как им позволяют их доходы.
Что мог ожидать я от виллы президента, на которую попал по его приглашению? Конечно же, безукоризненного, начищенного до блеска внешнего вида, максимума удобств для приема гостей. Можно было бы сказать, что построена она была именно с этой целью.
